Этанару. Том 1

Потом Толстую ангажировал сын статского советника, а Капитон, в смешанных чувствах сел с гусарами в карты играть. Удвоил жалованье за вечер и чуть не подрался с двумя кавалеристами, обвинивших его в жульничестве.

– Тогда отменить с извинениями. И передай графине мои искренние сожаления.

– Понял, барин.

– И собери там... чего-то поесть в дорогу, ладно? Солений там каких. Чтобы как дома и перед попутчиками не стыдно.

– Сделаем в лучшем виде, ваше благородие! А ну, Глашка, Машка, Мишка! Шасть на кухню!

Тихон оттащил ларец следом, включил стряпчего и наказал ему на утро с полдюжины блюд по домашнему рецепту.

Затем пошёл до дворника и полез с ним в общий погреб, да понабрал там чего-то несусветного из солений, варений, а в придачу - пару бочонков доброго крымского вина. Сундук забился почти что под завязку — хоть сейчас в поход.

И поперву Капитон взаправду собирался ехать в ночь. Лихо было бы опередить кульера и предстать перед генерал-губернатором во всеоружии. Но рассудил, что утро вечера всё ж таки мудренее.

До Казанской заставы с 700 вёрст, на тракте буран, а самоходные мотокареты в таких условиях плохи. Занесёт неведомо куда, потом из сугробов выкапывайся. К тому ж перекладные в праздники нарасхват, тем паче ночью. Встанет карета на полдороги и жди, когда смотритель батарею заменит. А коли менять не на что — так заряжать придётся. Вот и выйдет не поездка, а сплошное мытарство. Нет, утром всяко лучше, на чистую голову да после хорошего завтрака. Авось и мигрень за ночь утихнет.

Решено. Чуть свет и - в Казань, а оттуда поездом по Великой Сибирской до самого Благовещенска, и на санях до Циолковского. Шесть с половиной тысяч вёрст, почти три дня в дороге. Кульер сказал, что был в дороге два дня. Стало быть, экраноплан зафрахтовал, значит при всём желании Капитону его не догнать. Суточные в канцелярии, опять же, запросить не лишне. Губернаторство хоть и покрывает все заземные расходы, но наземные-то никто не отменял. Перекладные, да вагон с удобствами.

Недорого, если скромничать. Но к чему скромность, коли тебя сам КСИР благословил?

Капитон засел за телефон и связался с барышней на губернском коммутаторе, чтоб та соединила его с Никольским. Барышня, бархатный голосок которой так нравился Капитону, сделала всё быстро, да только в родовом гнезде Гагариных несколько минут не отвечали. Потом трубку взял Архип, тамошний дворецкий, и сообщил, что вся семья уехала кататься и будет только к ужину.