Частный дознаватель

— уведомил я стража порядка, стараясь сильно не жестикулировать. — Я тоже веду дело по пропаже Адель де Вилларе и...

— Тут другое дело, господин детектив, с пропажей госпожи Адель де Вилларе никак не связанное. — затараторил упрямый баран, преградив нам путь к телу.

Так бы я и бился об стенку непонимания, если бы не де Пенья: он потянулся в карман, не побоявшись того, что в него могут выстрелить, и достал оттуда золотой. Блеск металла подействовал на стражника, как на верующего святые мощи.

— Я так понимаю, вы хотите пожертвовать этот золотой в пользу полиции и пройти на другой край улицы, потому что у вас там поминание по усопшему?

— Вы верно поняли, господин полицейский, у нас там очень важное дело.

— виконт скорчил грустную мордашку.

Страж порядка опустил арбалет и жестом приказал нам подойти. Мы засеменили к его обрадованной персоне и, как только с ним пересеклись, виконт незаметно сложил в его сумку монетку.

Когда мы отошли на порядочное расстояние, я не упустил возможности поделиться с виконтом своими наблюдениями:

— Вы выказали большую сноровку, так ловко положив эту монетку в сумку.

Уже были подобные прецеденты?

— А какой монете идёт речь? Неужели вы обвиняете меня в пособничестве коррупции, которая веками терзает наш город? — виконт заулыбался...

Глава 15

...Покойникам всегда почему-то достается куда больше любви, чем живым: наверное, просто потому, что они неподвижно лежат на месте и наконец-то больше никому не мешают...

Макс Фрай. Болтливый мертвец

Когда мы добрались до садовника, он уже не подавал признаков жизни.

.. Впрочем, мальчишка не подавал их и до нашего прихода, ну да это так, — мелочи смерти.

— Вы кто такие? — очередной полицейский заслонил дивный вид на труп.

— Мы частные детективы. — без тени стеснения ответил виконт и подтолкнул меня вперёд. — Это Лойд де Салес.

Поначалу имя ничего стражу порядка толком не говорило, но стоило мужчине с любопытством почесать голову, как в неё тут же вернулась старая добрая память о моей персоне:

— Погоди, а я тебя знаю! — жандарм принялся усиленно наминать лоб.

— Ты ж этот... торговец диванами на Солнечной! Помнится, младший лейтенант брал у тебя кресло. Хорошее такое, кожаное. Я ещё спросил тогда: «Джимбо, а ведь дворяне креслами не торгуют!», на что он мне: «Лойд де Салес — исключение. Хоть и дворянин, а порядочный юнец! Да и женщин приходует, что в наше время среди аристократов крайняя редкость...»

Реймонд заливался от смеха.