Сплетение дорог

Насторожилась ещё больше, огляделась.

Всё вокруг залито алым сиянием. Над головой ясное безоблачное небо. И прямо из его бездонной глубины, льётся на неё это алое сияние. Оперлась рукой, привстала, почувствовала что-то твёрдое, грубое и шершавое на ощупь под собой. Взглянула и поняла, она лежит на камне, на её руке неглубокий порез из которого сочится кровь и попадает на высеченные в камне знаки, проявляя из и окрашивая. А вокруг заросли каких-то экзотических растений, за которыми никто не ухаживает, кое-где виднеются руины какой-то постройки и несколько людей в балахонах с капюшонами, закрывающими лица.

- Жертва подана! – сказал уверенный, властный голос, - извольте исполнить договор равноценного обмена.

- Жертва признана равноценной и принимается, - непонятно откуда прогремел другой голос и кровь из знаков начала медленно превращаться в дымку, окутала первого говорившего и вскоре рассеялась.

- Ха-ха-ха-ха! - Счастливо рассмеялся он, рассматривая свои руки. Я снова здоров и молод! – Ликуя воскликнул он, и капюшон упал с его головы.

- Император, - прошептала Эя, сразу узнав говорившего, только сильно помолодевший император. Боль обиды пронзила сердце девушки. Так вот значит, почему она проиграла. Всё было подстроено ради того, чтобы император вернул молодость. Конечно, это был сам помолодевший император, его лик сопровождал каждого подданного всю жизнь, потому каждый знал, как он выглядел раньше и как выглядит сейчас.

И тут время словно остановилось, словно невероятно замедлилось буд-то она опять пытается переместиться с помощью монет.

Потому что, почувствовав её боль, явился Зефир и ринулся спасать из алого сияния. Он отчаянно бился о световой барьер, пытаясь его разрушить и преодолеть, но ничего не получалось. Оружие междумирья не могло справиться с древней энергией жертвенника, но чур не сдавался.

Вдруг, всё ещё больше покраснело, краски смешались, резкость пропала, превращая окружающий мир в разноцветное марево, и Эя опять почувствовала приступ резкой, режущей боли, что раздирала её плоть вместе с одеждой.

Несколько мгновений боли, показались ей вечностью и тут, боль ушла, а мир вокруг камня, на котором она лежала, изменился до неузнаваемости.

Алое свечение исчезло, над головой, куда не глянь, сияло яркими красками закатное небо, виднелись крыши причудливых зданий. Вокруг шелестели листьями ухоженные деревья, откуда-то доносилось ласковое журчание воды, а рядом, всего в нескольких шагах от неё, стояли незнакомцы в необычных одеждах.