Не власти ради, Империи для. Оперативная комбинация

— Он обернулся и посмотрел на Адель, будто следующая фраза была адресована конкретной ей: — И уж тем более всяческого бунтарского поведения, вранья и не исполнения приказов!

— Позвольте, ваше благородие, — Эмма подняла руку и слишком слащаво произнесла последнюю фразу. — Мы не военные. Какие могут быть приказы?

Раздались тихие смешки и перешёптывания. Ярослав Иванович не повёл и бровью, внимательно оглядев задавшую вопрос ученицу.

— Благодарю за вопрос, уважаемая Эмма Элеонора Кендал.

Эмму передёрнуло.

За спиной она услышала взволнованные вздохи и почувствовала удивлённые взгляды. Мало кто знал её второе имя, потому что оно ей не нравилось, а теперь его услыхали все. Даже те, кому не следовало бы.

— Теперь вы — моя собственность. Я теперь вам: мать, отец и жалобная книга. Вам необходимо восстановить дисциплину, а она отлично восстанавливается исполнением приказов! Я слышал, что создатель факультета Абрасакс Гронт — великий чародей, чьё имя гремело, гремит и будет греметь ещё очень долгое время, однако вы пятнаете герб своего факультета: незнанием, — Ярослав Иванович начал загибать пальцы, — дерзостью, нацизмом и слабостью.

До тех пор пока в вас присутствуют эти четыре зла, вы не сможете стать достойными чародеями.

— Так мы вроде как и считаемся злыми волшебниками! — воскликнула Мориарти, и в воздух поднялся несмелый смех.

— Согласен с вами. — Улыбнулся Ярослав Иванович. — Имя у создателя факультета то ещё. Но вы попробуйте оправдать его так, что даже спустя столько лет люди говорят о нём с трепетом.

Кто из вас прямо сейчас сможет заявить мне, что он достоин?

— Я вам заявлю!

Ярослав Иванович резко обернулся. Он ожидал, что кто-нибудь да отзовётся, но, пожалуй, промашку он всё же допустил. Офицер сделал ставку на кого-нибудь из парней, но девушки здесь оказались куда наглее. В особенности…

— Как вам угодно, — заговорил Лермо́нт, прижав руку к груди в знак уважения. — Жозефина Адель Палмер. Ваша семья и впрямь высокочтимая. Ваш отец признан одним из сильнейших и влиятельных волшебников нынешнего времени.

Однако, как вам известно, этот титул он получил не громкими словами.

— И на что вы намекаете? — фыркнула Адель и взглядом обвела однокурсников. Каждый из них жаждал зрелищ, и она собиралась им предоставить, как делала подобное прежде. Никогда перед ней не вставали ни профессора, ни простые работники школы. Каждая псина знала громкую фамилию рода Палмер!

— Завтра наше первое занятие.