Кровавый кошмар. Том 4

Итак, я решил страдание должно быть наказанием, которое поможет ему научиться уважать людей,ценить и заботиться о близких. Я хотел, чтобы он на практике осознал ту безграничную любовь моего отца, которой он мог пользоваться и которую так безрассудно принимал как должное.

Мои действия направлены на благо его личности. Истинно верю, что это наказание послужит ему уроком, который он не сможет забыть. Лишь испытав на себе остроту одиночества, он сможет настоящим образом понять, что такое ценить дружбу. Мое желание сделать его лучше и помочь ему измениться, перевесило мое собственное желание убить его.

Я развернулся и пошел прочь.

— Ты тряпка, Якоб, — кричал мне вслед Валентин. — Ты недолго пробудешь старостой, если будешь слишком мягким!

Я вернулся в реальный мир.

Победа над Валентином повергла солдат Роланда в шок. Они признали мою непобедимость и поняли, что дальнейшее сопротивление лишено смысла. Так оперативно сдались солдаты Роланда, что я не успел опомниться от поединка, как они вывесили белый флаг — символ мирных побуждений и признак их бессилия перед моей силой.

Король Роланда лично потом принес мне свои извинения, горестные и униженные. Я сжалился и принял его смиренные слова, понимая, что одна победа — это лишь начало долгожданного мира. Наши страны заключили новый договор.

«Теперь надо освободить Нижний город от вампиров»

Я призвал Пегаса.

Расстояние от верхнего до Нижнего города 1500 км.

На поезде, у которого скорость 500 км в час, это занимало три часа, на Пегасе я перелетел это расстояние за секунду.

Неистовство вампиров проникло в каждый уголок этой ущербной и угрюмой части города. Власть вампиров была слишком могущественной, а жители — слишком слабыми и беззащитными перед этой злобой, которая была способна лишь на жестокое уничтожение.

Вампиры разбили лагерь, где каждый человек стал подобием скота, которые служили лишь горючей жажде вампиров, но мерзость вампиров не ограничивалась только этим. Женщины Нижнего города стали живыми инкубаторами — плодородными землями для проклятых потомков.

В лагере властвовал мрачный и жаждущий вампир в чёрной цилиндрической шляпе и белом аристократичном костюме.

Одна из рабынь медленно приблизилась, опустила голову в поклон и обнажила свою нежную шею.

— Выпейте моей крови, господин, — прошептала она слабым голосом.

Вампир поднялся со своего места и приблизился к искушающей шейке.

Женщина слегка подрагивала от предчувствия неминуемого прикосновения вампира к ее шее.