Метафизик 1

Я беззвучно хмыкаю, понимая, как быстро голос перешел от слащавого убеждения к угрозам. Все как всегда. Как везде.

Реальность начинает содрогаться за моей спиной. Золотистые молнии бьют откуда-то сверху, режут отделяющее меня от цели пространство огненными росчерками. Места для маневров становится все меньше. Меня все больше забавляет то, с каким остервенением меня пытаются остановить. Азарт придает мне сил: я вспарываю вязкую тьму, ухожу в последний миг от двух скрещенных нитей, проскальзываю между косыми ударами молний.

.. До заветной двери остается совсем немного. Всего пару рывков, и...

Двинешься дальше — исчезнешь. Навсегда.

Голос звучит сухо, но безапелляционно. Словно приговор, не подлежащий обжалованию.

Я сбрасываю скорость и останавливаюсь, сбитый с толку. Тень того, кому на самом деле предназначена эта дверь, сокращает расстояние между собой и мной. Нити расползаются повсюду мерцающей паутиной. Я понимаю — надо решаться. Срочно.

Какая-то часть меня настаивает на том, чтобы не рисковать.

Тем более, что исчезать навсегда мне совсем не хочется. Нужно уметь вовремя остановиться, не так ли? Уметь признать, что тебя переиграли и не повышать ставки понапрасну... С другой стороны, мысль о ставках заставляет меня посмотреть на сложившуюся ситуацию под иным углом. Если бы голос мог уничтожить меня, стоило ли ему ловить меня нитями и ставить преграды из молний?

«Ты блефуешь», — наконец решаюсь я.

И, оттолкнувшись от приблизившейся тени, резко устремляюсь вперед.

Молнии взрываются, ослепляя и сбивая меня с толку. Голос что-то кричит — безумно, с надрывом. Призывает. Угрожает.

Ослепленный золотисто-белой россыпью искр, я достигаю дверей фактически на ощупь, после чего протягиваю к ним свою руку — зыбкую, колеблющуюся тень из дрожащих линий. Дверь открывается, и поток ярчайшего света затягивает меня внутрь.

...пожалеешь об этом...

Я слышу последнее напутствие голоса, но не успеваю придумать достойный ответ: передо мной вновь возникает тьма.

Только на этот раз... другая.

Тьма по эту сторону дверей.

Тьма живых.

Глава 1

Первое, что я чувствую — запах гари.

Удушающий, въедливый, он проникает сквозь ноздри и дерет носоглотку, одновременно тормоша мое потухшее сознание. Следом за обонянием потихоньку пробуждаются другие чувства. Я начинаю ощущать слабость по всему телу — как если бы меня прокрутили через мясорубку, причем раза так три-четыре.