Метафизик 1

Формулировка расплывчатая, но, по сути, я даже не соврал. По крайней мере, шахматам он меня точно не обучал. Да и те математические «темы», что мы с ним разбирали, я по большей части знал. А что не знал — то быстро вспоминал.

Инквизитор возвращается к креслу напротив меня и, хмурясь, садится за стол. Очевидно, он был уверен в другом ответе с моей стороны.

— Мистер Грэй, — произносит он с холодком. — Вы хорошо подумали?

— Зачем мне хорошо думать, если я говорю чистую правду? — бесстрашно глупо парирую я. — Лорд Минэтоко тут абсолютно не при чем.

— Тогда кто, если не он? Кто обучил вас игре в шахматы?

И вновь я медлю с ответом. Что мне делать? Сказать, что я научился сам, подсматривая за другими? Или признаться, что этому я научился в прошлой жизни? Интересно, свод законов Альянса Доминионов предусматривает подобные ситуации? А, может, мне следует просто молчать, высоко вздернув подбородок?

После долгих размышлений я все же решаюсь ответить:

— Видите ли... Я недавно потерял память, и ничего не помню о своей.

.. предыдущей жизни. Если меня кто и обучал шахматам, я не вспомню этого при всем желании.

Ливе глядит на меня с огромным подозрением. Складывается ощущение, что не поверил ни единому моему слову. Скорее всего, я и сам не поверил бы этому, будь я сейчас на его месте, а он на моем.

— Вы осознаете, мистер Грэй, — чуть растягивая слова, говорит он, не сводя с меня взгляда, — последствия этого вашего решения?

Я осторожно киваю.

Инквизитор чуть подергивает плечами, как бы говоря «ну, как знаешь».

— Тогда подпишите здесь. — Ливе достает из шляпы лист бумаги, разворачивает его и протягивает мне, а следом и чернильницу с пером.

— Что это? — с легким вздохом уточняю я.

— Документ, подтверждающий признание о том, что вы играли в шахматы без чьего-либо подстрекательства.

Я выбиваю кончиками пальцев легкую дробь по столешнице. Сердце тревожно подпрыгивает в моей груди.

— Позвольте спросить, могу ли я...

— Вы ничего не можете. Подписывайте.

От недавнего благодушия инквизитора не остается и следа.

Я пробегаюсь взглядом по документу, чтобы убедиться, что мне не подсунули договор на кредит с месячной ставкой в триста процентов — хотя, возможно, даже это было бы лучше, чем признание в игре в шахматы. Тяжело вздохнув, я вывожу в нижнем правом углу красивое «лорд Грэй» и сегодняшнюю дату.

Лицо инквизитора озаряется шальной ухмылкой.

— Отлично, — произносит он, забирая у меня бумагу. — А теперь...

Его слова тонут в грохоте шагов со стороны коридора.