Больное зелёное небо. Книга II: Горвадское подполье

На секунду Арефей почувствовал, будто в затылок дышит Игнар, представил, как с дугой стороны пробираются Антир и Рафнут. Точно так же они бегали по двору школы знати, прижимались к стенам, заглядывали за каждый угол, прислушивались. Добравшись до очередного поворота, Арефей понял, что улыбается, а потом у него слёзы на глаза навернулись.

Оказавшись на лестнице, он было бросился вниз, но тут же замер, услыхав, как громко его ботинки о ступеньки бьются. Казалось, всё поместье слышит. Арефей попробовал медленнее идти, но всё равно каждый шаг отстукивал по каменным ступенькам, звук бился о мраморные плиты на стенах, разносился вверх и вниз.

Арефей уж чуть не ползти хотел по летснице.

Он стал говорить себе, что громкие шаги ему больше кажутся, чем на самом деле. что все спят, что никто не слышит. Собираясь с мыслями, он нервно схватился за перила, водил по ним рукой. Они были приятные на ощупь, прохладные, отполированные, лаком покрытые. И рука по ним хорошо скользила.

Залетевшая в голову мысль отрезала всё остальное, что там было.

Не давая себе передумать, Арефей вскочил на перила, уселся, чтоб не свалиться. И поехал.

Сердце на пару секунд замерло, дыханье перехватило. Арефей чуть не завизжал от восторга, ловко перепрыгивая с одного пролёта на другой. А оказавшись в самом низу спрыгнул и поскорее рот себе ладонью зажал, чтобы рвущийся наружу смех заглушить.

На улице прохладно было. Арефей юркнул в сад. Перебежками от куста до куста добрался до середины. Вот теперь уж точно всё как в школе знати было.

Послышался шорох. Арефей прижался к живой изгороди, вдоль которой бежал на полусогнутых ногах. Выглянул аккуратно. И понял, что это ветер листву шевелит.

Он побежал дальше. Подумал, что хорошо всё складывается, что никто ему по пути не встретился, а трансформаторная-то, вон она уже стоит с бежевыми стенами да серыми дверьми.

И тут Арефею снова пришлось рот рукой зажать, чтоб на завопить. Что-то зашипело, затрещало. Обдало холодной водой. Арефей бросился на землю, закрыв голову руками.

А уже через секунду сдерживал не крик, а хохот. Это надо же, поливалок испугался! Сам же некоторые из них когда-то давно здесь устанавливал.

Арефей поднялся, подставил лицо под воду, умылся, рот пересохший прополоскал.

Оказавшись за трансформаторной, он выдохнул. Свет сюда не заглядывал, из окон поместья никто его увидеть не мог, и, кроме забора в паре метров да небольшой подсобки, ничего тут не было.

Арефей отдышался, чуть подождал, пока дрожь в коленях уймётся.