Сын Моржа и Куницы

По большей части просто крутился на месте, хотя иногда, применив ломик, удавалось проплыть по воздуху метров пять-десять в нужном направлении. Но каждый раз Егор с трудом удерживался, едва не вываливаясь на землю.

Судно требовало серьезного улучшайда — киля, клотика, юта, бака, бимсов, брамселей, шпангоутов и капитанского мостика, но рыжая возмутилась и отказалась. А может просто достигла предела своих возможностей, но признаваться не желала. Женщина!

Общим решением постановили, что идея с шестом хороша и перспективна, но учиться придётся долго и не здесь.

Также приняли, что ради охлаждения и остойчивости стоит в лодку налить воды. Решение выполнили: оттащили лодочный щит к ручью, где уже настропалившийся Мелвиг создал пару щитов-вёдер и общими усилиями до половины наполнили серебряную ванну водой.

Отволокли потяжелевшее корыто ближе к пламенной переправе и сели отдохнуть. Егор предложил батончики. Саранча расхватала. Даже саламандра с интересом куснула и вроде осталась довольна.

— Три мудреца в одном тазу пустились по морю в грозу, — продекламировал Егор смутно знакомое.

— А дальше?

— Дальше все умерли. Утонули.

— Жизненно. Но, парень, в следующий раз сочиняй повеселее.

— Утонуть нам не грозит, — встала на сторону подопечного рыжевласка. — Главное, чтобы из нас суп не сварился.

— Погоди, сейчас попробую, — седой запустил руку в воду. Через некоторое время от воды повалил пар и она покрылась ледком.

— Так, так, вот и открываются тайны, — весело заявила погибель тайн. — Кажется…

— Когда кажется, солью кругом сыпать надо.

— Ладно, ладно! — захихикала рыжая. — Зато я придумала как поедем.

— Я думал ветром толкать.

— Скучно! Я покажу как веселее.

Седой, подозревая страшное, всё же согласился. Силу было жаль до слёз.

И вскоре собрались.

Даже репетицию провели, вдоль огненного берега.

В серебристой супнице с ледяной водой Егор занял место слева, стучал зубами и держал запазухой горячую зверушку. Шест взял с собой, зверушку кормить. Рюкзак висел за спиной, затянутый на все ремни.

Оставалась глупая надежда, что промокнет не всё.

Куней села в центре и, как и Егор, держала щит.

Седой же уперся в бортик щита, придерживая всю конструкцию своей силой. Толкнул, навалился, разогнался, вбивая ноги в землю, вздымая позади себя шлейф песка и пыли, бежал и толкал. И уже когда блистающий экипаж влетел в пламя, метнул себя. Плюхнулся у правого борта, обдав остальных ледяной волной и брызгами, мгновенно перехватил у рыжей щит.