Возвышение Меркурия. Книга 17

Останавливало только понимание того, что тогда я тоже попаду под удар Диониса и у нас пропадёт последний шанс на спасение - вымотанного Измайлова, Аполлон прикончит за считанные секунды.

Идея пришла внезапно. Стоило подумать о воздействии Диониса, как в голове родилась мысль о противодействии. Как там говорят восточные варвары? Клин клином вышибают. Именно так и поступим.

Потянувшись к каналу связи с нужным членом свиты, я отлетел чуть в сторону и глянул на Аполлона.

- Напомни-ка мне, эллинский бездарь, а как поживает ваш старший? Что стало с любителем покидаться молниями?

На момент тот даже растерялся - похоже такого вопроса, этот затянутый в тогу циклоп, точно не ждал.

- Тебе-то какое дело до Зевса? - наконец среагировал он, нахмурив в лёгком удивлении брови.

- Да вот подбросили интересную новость. О месте, где может скрываться ваш любимый отец. Интересно стало, чего там стоит ждать? Что вы с ним такого сотворили, что великий громовержец бежал подальше от собственных отпрысков?

Тот пристально уставился на меня, видимо упорно не понимая, к чему я веду.

Впрочем, эллинский бог, который обожал форму рослого и атлетично сложенного мужчины с идеальным лицом, никогда не отличался высоким уровнем интеллекта. Что давало мне дополнительное время на общение с членом свиты. Даже в самом безумно высоком темпе, нельзя объяснить всё за пару секунд.

- Зевс исчез настолько давно, что о нём уже никто и не помнит. Не пытайся меня обмануть, римлянин. Нет такого бога, который мог бы тебе что-то о нём рассказать.

С невинным видом пожав плечами, я немедленно парировал.

- Так это был и не бог. Один из тех, кого вы заточили в Тартаре, каким-то чудом выиграв войну. Кронос.

Лицо Аполлона моментально исказилось яростью. Предсказуемая реакция - так оно обычно и бывает, когда ты споришь с другим богом о том, что соберёшь небольшой гарем из десяти самых красивых женщин мира, а потом выясняется, что их всех похитил один древний титан. И как будто этого мало, умудрился каждую уложить в постель, по её добровольному согласию.

Дальше, судя по воспоминаниям Минервы, версии этой истории разнились, но уверен, свою порцию позора эллинское отродье получило сполна. Оттого и кривилось сейчас его лицо, а руки рефлекторно натягивали тетиву, готовясь отправить в меня стрелу.

Когда последняя сорвалась в полёт, устремившись к моему щиту, внизу полыхнул портал. Из которого появилась ещё одна дева, сразу же бросившаяся к Дарье.