Ваше Сиятельство 1 (+иллюстрации)

Он мог объяснить, кто и почему добивается уничтожения мужчин-Елецких. И все это познать легко, сегодня же, без неприятного визита в «Сталь и Кровь»! Чтобы развязать Лису язык у меня уже имелась хорошая заготовка: «Гарад Тар Ом Хаур» - по-простому «Инквизитор», приготовленный для общения с Суровым.

Когда люк открылся, то в первый миг я побоялся, что рыжий виконт прыгнет вниз: вимана зависла на приличной высоте этак метров десять-пятнадцать и медленно смещалась на северо-запад. Разумеется, Лис не захотел ломать ноги, он обернулся ко мне, оскалился, наверное, собираясь духом, чтобы дать мне бой.

Однако спрыгнуть ему помогли - дротик остробоя пронзил его ногу, и Густав Ковальский с диким воплем полетел вниз. Тут же раздался разностный возглас баронессы.

- Ну-ка, дай, - я взял из ее руки бутылку пива, глянул на этикетку. Золотистыми буквами крупно: «Тульский Самовар» на фоне герба. Вообще-то глупое название, какое-то чайное. Я вскрыл ее и с жадностью отпил сразу одну треть – очень хотелось промочить горло.

- Ты зря радуешься, - сказал я Талии, дергая люк, пытаясь его закрыть.

Дверцу серьезно покорежили и закрыть ее удалось с большим трудом. Я забеспокоился, что она будет открываться во время полета. Что ж полетим с ветерком. Интересно, что скажет Иван Сергеевич Веселов, когда увидит, с какими результатами мы покатались на его вимане? Да, наше дело молодое, но не до такой же степени. Я все пытался разглядеть, что там с виконтом Ковальским: его, лежащего почти у дверей в «Ржавку» окружили парни долговязого и еще какие-то люди.

Странно, но самого долговязого там не наблюдалось. Лис лежал печально, без движений. Кажется, в падении он зацепился за рекламный щит. И если зацепился удачно, то это вполне могло смягчить падение. А если неудачно? То… Пока не хотелось думать о скверном исходе – смерти я ему не желал.

- Почему это зря? – нарушила молчание баронесса, забрав у меня недопитую бутылку «Тульского Самовара».

- Что? – не понял я, возвращаясь в рубку.

- Почему зря радуюсь? Я не хочу больше с ним встречаться.

Сегодня я окончательно поняла, что он – последняя сволочь, - Талия припала к бутылке «Тульского Самовара». – Последняя сволочь не может быть моим парнем.

- Наверное да… А зря потому, что если он разбился насмерть, то у нас будут неприятности. Разбирательства в канцелярии Императорского Надзора Чести и Права, - пояснил я, достав коробочку «Никольских». – Какой бы он для тебя сволочью не был, но он - виконт.