Ваше Сиятельство 1 (+иллюстрации)

- И что же ты так туда смотришь? Ну помечтай, помечтай, Сашенька. Ты сейчас такой забавный, - она выпустила струйку дыма в мою сторону.

- Ты тоже очень забавная. Мне даже иной раз кажется, что ты очень взрослая. Тогда скажи, а ты со мной хотела бы? – теперь я прищурился, но смех сдержал. – Ну так, говори, честно как я.

- Вот ты дурак! – она отвернулась и засмеялась, прикрыв ладонью рот.

- Как я понимаю, это означает «да, только сказать стеснюсь, я же княгиня!», - услышав возглас Лужина, я повернул голову и увидел Сухрова, заходящего в ворота на территорию школы.

- Все, подурачились и хватит. Про Айлин никому не скажу, - быстро перевела разговор на другую тему Ковалевская. Она тоже увидела графа Сухрова и сообщила: - Ой, твой враг идет. И хромает как, бедненький, - потом добавила: - Жестокий ты, Саша. И к парням, и к девушкам.

Вот последнее к чему она сказала? Я не ответил, вынужденно повернулся, потому что Еграм шел ко мне. Рядом с ним семенил Лужин, позади Адамов и Подамский, и даже баронесса Грушина – их неизменная подруга.

За ними подтянулись учащиеся других классов, обступая полукругом.

- Тебе конец, Елочка! Жди понедельника и трепещи! – злобно проговорил Сухров, хотя эти слова с его разбитых губ звучали смешно.

- Пиши завещание! – влез Лужин.

Последнего я проигнорировал, а графу ответил:

- Еграшка, я могу тебе прямо сейчас повторно расквасить нос. Вспомни, как ты на четвереньках ползал передо мной и выплевывал осколки зубов.

Ты для меня не соперник, а жалкая тряпичная кукла. Даю времени до понедельника, чтобы принести публичные извинения, иначе ты будешь снова унижен и опозорен.

Сухров побагровел, его лицо стало неотличимо цветом от разбитых губ. Он яростно сопел носом, не в силах подобрать слов. Воспользовавшись его замешательством, я провозгласил:

- Эй, ну-ка, в сторону! Дорогу княгине Ковалевской! – взял Ольгу под руку и повел через расступавшуюся толпу.

- Кто бы мог подумать, Елецкий, что ты такой непростой! Ты - красавчик! – со смехом сказала Ольга уже поднимаясь по лестнице и поцеловала меня в щеку.

Возможно, она одарила поцелуем вовсе не от наплыва эмоций: у нее яркая помада, и на моей щеке остался след. Такой след, что когда я зашел с княгиней в класс, то снова оказался в центре внимания.

- Ого! Даже так?! – произнесла Татьяна Булевская, глядя на меня задорной улыбкой.

- А как же Синицына? – раздался голос с дальнего ряда.