Я до сих пор граф. Книга X

Неужели вы думаете, что он бы послал за вами нас, – я посмотрел на Сашу, который блаженно улыбался, – только для того, чтобы передать привет и пригласить на чашечку кофе? Дела очень плохи, и вы, как никто, должны это понимать. Я видел, что было в той хижине, и поэтому в ваших руках сделать так, чтобы прошлое не повторилось.

– Ясно, – ответил Лермонтов с наплевательским видом.

– Пошли, Саша, этот человек слишком стар и труслив, чтобы мыслить здраво. Мы только зря потратили время, – я махнул Есенину, и он довольный вскочил с кровати.

– Каким бы он ни был сильным в прошлом, но он нынешний не нужен царю Петру.

Лермонтов продолжал молча смотреть нам вслед.

Так мы вышли из номера и направились к лифтам.

Болванчик показал, что Лермонтов продолжал сидеть и размышлять. Ну что ж, пусть подумает. Мужику под триста лет. Он застрял в этом теле, походу, надолго, хотя я до сих пор и не понимал, почему они бессмертны. Или настолько медленно старели?

У меня появилась теория, что и остальные члены группы точно были бессмертными.

Если, конечно, они живы! И как мне добиться того же?

Это определенно не магия или предрасположенность, иначе, не старел бы кто-то один. Тут дело в чем-то другом.

– Я бы его сделал, – вывел меня Есенин из размышлений, когда мы ждали лифт. – Слабак этот Лермонтов. Нахрена он нужен царю. И это… Он говорил про твоего деда. Наслышан я о нем. Папа рассказывал мне истории. Одна интереснее другой.

– И чего ты молчал? – удивился я. – Рассказать не хочешь?

Лифт подошел, и мы поехали вниз.

– Не-а, не хочу, – пожал плечами Саша и отвел глаза.

– Если захочешь, сам все узнаешь, но не думай, что там какие-то супер секретные тайны. Просто твой дед был чертовски сильным магом.

Цель ясна. Что скажет Есенин царю, меня не особо волновало. Все что необходимо, мы сделали. Приказа доставить Лермонтова силой, у нас не было. Только попросить помочь. А там уже… Да и зачем заставлять? Царь Петр это прекрасно понимал. Как говориться – насильно мил не будешь. В случае Лермонтова посыл примерно тот же.

Внизу нас ждала оперная певица, кажется, ее звали Мирабэлла Винтервайс. Она сидела на диване по левую сторону от входа в окружении непонятно откуда взявшихся слуг и полиции.

По правую же сторону сидела Екатерина с Айседорой, и вокруг них тоже крутились полицейские, но репортеров было просто море. И кто их вызвал? Возможно, в полиции свои информаторы.

Когда же мы подошли к царевне, она мило улыбнулась и недвусмысленно похлопала по свободному месту рядом с собой.