Сонный лекарь-1

В случае серьёзных травм ты должен был пойти к ним, а не ко мне. Вызвать такси, сказать бригадиру склада, чтобы он отвёз тебя именно туда. Ты же настоял на моих услугах.

По договору с портом ко мне идут с лёгкими или бытовыми травмами. Серьёзные – уже не мой профиль. Смотрю хмуро на главу профсоюза, нервно топчущегося в углу моей каморки.

– Господин Монье, уже разобрались что к чему?

– Гожик засветился на внешних камерах порта десять дней назад, – глава покачал головой. – Он встретился с посредником, который, по слухам, связан с клиникой Сурчин.

Их целители хотели оклеветать тебя, подсунув травму, с которой начинающему лекарю справиться не под силу. Заметили, паразиты! Что мы к ним в этом месяце в три раза меньше рабочих отослали. Бюджет профсоюза мне вести! Так что сразу смекнул, откуда ноги… точнее, нога у этого дурака растёт. Я же все чеки с компенсациями Сурчину потом выписываю.

Проще говоря, “подстава с высоким шансом нарваться на депортацию”. Пусть в этот раз дело и обошлось малой кровью, но теперь с получением лицензии целителя затягивать больше нельзя.

Эх… а ведь мне только-только удалось скопить четыре тысячи баксов. Теперь придётся три из них заплатить за эту чёртову бумажку! Одно хорошо. Аттестацию могу пройти в филиале Красного Креста Арана. Там как раз работает моя хорошая знакомая Эмилия Хомячкович.

Во время воскресной практики какие только травмы лечить не приходилось. Теперь могу справиться даже со сложным случаем. Но дело не только в опыте и наборе знаний.

У меня уже три дня как случился прорыв на ранг ученика [1]. В конце прошлой недели, после наложенного на всё тело усиления и пяти минут занятий, наконец-то пробудился второй слой в духовном теле. С того дня мощность всех моих целительских техник резко возросла. А с “обезболивающим” сейчас не стал возиться отнюдь не из желания мести. Мне могло попросту не хватить маны на всё оставшееся лечение.

Под конец, наложив на Горжика “Питание тела”, на остатках маны накладываю “Целебный сон”.

– Дальше вы уже сами разбирайтесь с ним, господин Монье, – брезгливо указываю главе профсоюза на вылеченную жертву.

– Через пару дней Горжик уже сможет ходить. Через неделю вернётся к работе. Сами решайте, что с ним дальше делать.

– Понимаю, – старина Монье полез в карман, доставая из него конверт. – Считай это компенсацией от Портового Профсоюза за сей неприятный случай. Горжик… ладно. Что с ним будет дальше, уже не твоё дело. Мы с мужиками сами с ним разберёмся.