Девятнадцать сорок восемь Том II

— Ваша учетная книга для ежемесячных отметок, — холодно произнес он.

— Эм… — только что я понял, что даже не знаю, как к нему обращаться. — А можно узнать мой уровень дара?

— Да что там узнавать, — отмахнулся он. — Два УМЕ.

Я задрал брови и в изумлении раскрыл рот.

— Два… Всего… Может быть, это какая-то ошибка?

— Молодой человек, — посмотрел он на меня и впервые снял свои очки. — Никаких ошибок быть не может. Ваш внутренний объем силы два УМЕ. Честно говоря, я и не знаю, как вы будете сдавать налог.

По пятьдесят процентов? Если ещё справитесь… В общем, что есть то есть. До свидания. И не забудьте отметиться при выходе на стойке регистрации.

На этих словах он отвернулся, явно потеряв ко мне всяческий интерес и надев обратно очки, принялся что-то разглядывать в своем журнале.

Я же, не скрывая своего разочарования, вышел из кабинета и замер, пытаясь уложить все мысли в голове.

— Два…

В этот момент зазвонил мой телефон. Я, видимо, сильно задумался, так как не успел поднять трубку, но телефон настойчиво зазвонил повторно.

— Алло — ответил я.

— Фирс. Тебя Фома беспокоит. Ты готов?

— Готов?

— Да. К процедуре пересадки печати…

***

Фирс шмыгнул носом и взглянул на Захарченко, что спокойно стоял у ритуала.

Они находились в просторном зале с серыми бетонными стенами и потолком. На полу находился сложный рисунок из нескольких пентаграмм, трех десятков свеч и пара каменных блоков, так же покрытых какими-то письменами, написанными чем-то красным.

— Что мне надо будет делать? — спросил парень, заметив на каменных блоках двух человек.

Одним был Падлов, вторым был Митин. Оба лежали неподвижно и, судя по виду, спали.

— Тебе? Ничего. Только назвать свое имя, когда я спрошу.

— И все?

Захарченко вздохнул и добавил:

— Очень важно будет ничего не делать. Встань тут, — указал он на место, на котором был начерчен небольшой круг из черных рун.

Фирс послушно встал куда велено.

— Из круга никуда не выходить, пока я не закончу. Чтобы не случилось — не беги, не бойся и не вздумай выходить из круга.

— Почему?

— Это тебя убьет, а затем и меня, — ответил маг, уперев тяжелый взгляд в Фирса. — Понятно?

— Да.

— И никакой силы. Стоишь и ничего не делаешь. Спрошу имя — отвечай.

— Хорошо, — кивнул парень и покосился на Фому, что стоял с каким-то белым свертком в руках у входа.

— Все. Начинаем, — произнес Петр Петрович.

Он встал в положенное место, сверил еще раз все руны, взглянул на Фирса и кивнул.