Девятнадцать сорок восемь Том V

Придирчиво его осмотрев, на пару секунд задумался. На всякий случай он убрал оригинальную основу обратно в коробочку и спрятал в стол. После этого обернулся, проверил, что Леонид все так же в наушниках творит заказ, а уже после этого активировал артефакт.

ХЛОП!

Взрыв был сильным. Митина отбросило назад и протащило по полу мастерской спиной, отбило руку, а затем за пару секунд небольшая комнатушка заполнилась черным дымом.

Тут же раздался сигнал пожарной тревоги, с потолка прыснули струи воды, которые за несколько секунд заставили дым исчезнуть.

— Гоша?! — вскочил офигевший от происходящего Леня, что успел сбросить наушники. — Что происходит?!

Митин встряхнул головой, поднялся и произнес:

— Я это…

Тут его взгляд опустился на стены, где черными разводами уходили остатки дыма.

— Я не специально…

***

— Ну, рассказывай, — с тяжелым вздохом произнес Орлов, взяв папку из рук Фомы. — Что они хотят?

— У них планы по модернизации, — произнес начальник СБ, усаживаясь в кресло напротив. — Причем не одного подразделения, а всей структуры.

— В смысле «Всей»?

— В прямом. Недавно ИСБ у них перевернуло пару отделов и нашла утечки информации. В итоге, инженеры перевернули всю схему и вынесли вердикт о полной ее модернизации, — пожал плечами Фома. — Я и раньше знал, что система не совершенна, но, видимо, кто-то по-крупному облажался. Вот и устроили тотальную проверку.

— Так, а от нас что они хотят? — задумчиво уставился Орлов в папку.

— Они хотят, чтобы следующая партия по цветным металлам была втрое больше обычной, — ответил Фома и уставился на главу рода, что удивленно на него вылупился.

— Они там совсем охренели?! — возмутился Семен Дмитриевич. — Что значит «втрое больше»?

— Я им примерно тоже самое сказал, — кивнул Фома и тут же поправился: — В более культурной форме.

— Мы… как… как они вообще себе это представляют? — недовольно проворчал Орлов. — Я, по их мнению, металл из воздуха беру?!

— Полностью вас поддерживаю, — кивнул Фома. — Это совершенно недопустимое требование, однако… На последней странице.

Мужчина недовольно засопел, пролистнул страницы и уставился на письмо, написанное от руки. Пробежавшись по тексту глазами, Семен Дмитриевич еще сильнее нахмурился, а затем остановил взгляд на подписи императора и его печати.

— Кто письмо передал? — спросил он, подняв взгляд на безопасника.

— Он сам. Меня пригласили на прием. Пришлось отстоять три часа, прежде чем получилось поговорить, — признался Фома.