Пермский Губернский 2. Корпорат

- Идиота кусок… Ты освободил маленьких исчадий ада! - обречённо вздохнул я, и подняв фамильяра с пола, повёл к выходу: - Как рука?

- Пуля прошла на вылет. Жить буду. Только вот, зашить бы не помешало.

- Съешь яблоко.

- Издеваешься?! – возмутился Семён: - Оно способно достать меня с того света… Почти, как этих охранников… А ты хочешь, чтобы я пожертвовал им ради, какой-то царапины? Нет уж… Простите!

- Хорошо. Но учти… Ещё хоть раз я увижу такое дерьмо от тебя – будешь искать себе нового хозяина. Понял? – злобно прорычал я.

- Да, понял я… Прости. Ну, не мог я их тут оставить!

- Они сейчас уничтожат город. И это будет – на твоей совести!

- Не уничтожат… Они – добрые!

Мы выбрались на улицу, и увидели, как детишки с верхних этажей уже собрались во дворе, а все «подопытные» разделывались с охраной и сотрудниками…

- Добрые, говоришь? – я указал на то, как свора разделывается с той жуткой директрисой.

- Это плохая версия Профессора Ксавьера! Так ей и надо.

- Господи, Семён… Вот я знал, что ты чокнутый.

Как оказалось, здание приюта уже во всю полыхало. Видимо, та девочка с огненными хлыстами постаралась.

Среди эвакуировавшихся детишек мы увидели Карину, которая с ужасом смотрела на огромное пламя.

- Все вышли? – спросил я.

- Нет… - всхлипнула девчонка: - Марго всё ещё там… Она не может ходить самостоятельно! Я… Я должна её вытащить!!! – с этими словами наша супергероиня попыталась дёрнуть в сторону полыхающего здания, но я её остановил.

- Правильно! Я сам её вытащу! – героически выпятив грудь, заявил Семён и потопал к полыхающему зданию.

- Разбежался. – усмехнулся я и оттолкнул фамильяра в сторону: - Где она?

- На втором этаже… - выдохнула заплаканная Карина, однако в её глазах появилась надежда. Такая яркая, словно вспыхнувшая сверхновая!

- Жди. – произнёс я, направляясь ко входу: - И не вздумай идти за мной. Семён! Карауль.

- Ты уверен?..

- Уверен.

Распахнув дверь, я быстрым шагом добрался до лестницы. Всё в дыму… Нет, шансов очень мало.

Однако принюхавшись, я почувствовал лютый страх и обречённость. Всё-таки жива...

Наклонившись, чтобы дым не попадал в глаза, я добрался до комнаты и выбил дверь.

Совсем маленькая девчушка испуганно забилась в угол, и зачем-то закрыла уши.

- Нос и глаза! – холодно произнёс я, и подняв бедолагу на руки, пулей понёсся вниз к выходу.