Пермский Губернский 3. Элит

Конечно, никаких эмоций и чувств тут не было, но мало ли, чем охранялся этот комплекс?

А ещё меня смутило огромное количество коричневых пятен на стенах. Это давно засохшая кровь. Вряд ли, кто-то разбрызгал её здесь за просто так.

- Интересно, за счёт чего тут питается освещение? – Ириска внимательно осмотрела вытянутые лампы дневного света.

- Наша информатор утверждала, что на дне комплекса расположен ядерный реактор. Но, учитывая то, что комплекс построен во второй половине семидесятых – думаю, что там простая гидроэлектрическая станция, работающая от подземных вод.

– предположил кот, заглянув в первую открытую дверь: - О! Актовый зал… Интересно.

- Ты только пока, ничего не трогай. Ладно? – я прошёл чуть дальше к узкому проходу: - На комплексе явно, что-то произошло. И чует сердце… Нечто очень нехорошее.

- Профессор? – раздался удивлённый голос в одной из закрытых комнат: - Профессор, вы здесь? Это же правда вы?

- Господи!!! – Семён тут же испуганно запрыгнул на шею Ириске: - Что это за фигня?!

Дверь медленно отворилась, и мы с горничной сняли оружие с предохранителей.

Голос явно принадлежал человеку… Но я совершенно не чувствовал его эмоций. Абсолютная пустота! Как такое возможно?!

- Профессор? Вы здесь?

- Господи... Что это такое? - тихо выдохнула Ириска.

- Боже правый!!! – ужаснулся кот, и распушившсь, прижал уши к голове: - Лучше бы это было квадробоберы…

Глава 4

С появлением Осокина – жизнь города можно было смело поделить на «до» и «после».

Проблема заключалась лишь в том, что для людей это было, как глоток свежего воздуха.

Все радовались и активно обсуждали, что же юный Граф вытворит в следующий раз.

Но все вышестоящие инстанции отказывались принимать уклад «после». Им было выгодно, чтобы в городе процветала коррупция, ворьё на управляющих местах и мелкие криминальные ячейки общества, поддерживающие мнимый порядок.

Мнимый… Это было главным словом в данном предложении.

Оборин прекрасно понимал ситуацию, но судьба поставила его посередине. Как буферная зона, между молотом в лице народа, и наковальней в лице вышестоящих инстанций.

Закрадывались подозрения, а не проявление ли это… страха? Человек посмел воспользоваться конституцией и отметелить всех, кто был не прав. Какой ужас! Непозволительно!!!

Усмехнувшись от собственного мысленного сарказма, Капитан раскрыл очередную папку с делом.

На этот раз преступники не мелочились.

- Жучкин! Ты это видел? – поинтересовался Оборин.

- Про «Кислотку»? Ага. Видел.