Сонный лекарь-2

Худой… точнее, невероятно тощий. Болезнь Кри пожирает его мышцы и лишь вопрос времени, когда сердце даст последний бой. “Неизлечимо” гласит надпись на больничной карте, прикреплённой к стенке койки Йозефа Морозова.

В палате госпиталя правит темнота кромешной ночи. Мерно пищит медицинская аппаратура для искусственного дыхания. Самостоятельно Йозеф дышать уже не может. Даже просто поднять руку и отцепить капельницу с морфином, дабы окончить свои мучения, у мужчины нет сил. Но сейчас Морозов проснулся, почуяв приближение смерти.

Не холодной, ни колючей и не мерзкой. Нет, скорее выжидающе спокойной. Ей стоит подождать немного и она возьмет своё. Будь проклят бог! Йозеф сам отдастся ей в руки. Всё ради того, чтобы прервать мучения.

Кое-как мужчина повернул голову, желая рассмотреть облик Смерти.

– Забавно, не правда ли? – молодой парнишка, весь в белом, стоял у койки. Его глаза неотрывно смотрели на лицо Йозефа. – В любом мире и любой эпохе есть места, за которыми не следят слуги порядка. Где нет камер видеонаблюдения, охранник если и есть, то гордым храпом встречает приходящих в это заведение гостей.

Двери здесь не запирают даже ночью… Окна тоже… Вы не знали, Йозеф?

Парнишка выждал секунду, продолжая смотреть не моргая.

– Не знали, значит?! Врачи так поступают на случай, если пациент решится встретить свой конец не здесь. Кто-то кутаясь в больничную робу, запнувшись, упадёт идя вдоль магистрали к родному дому. Им потом не хватит сил подняться. Холод гальки, роса у ног и скорая остановка сердца.

Другие, чуя приближающийся конец, идут ночью встречать рассвет. Желательно у моря, там вид получше. Холм или край крыши? Вариантов много.

Всё так же неотрывно глядя в глаза Йозефа, парнишка махнул на угол комнаты.

– Видите тот стеклянный шкаф в углу? Он не заперт, Йозеф. Там даже есть уже готовые шприцы с лекарством. Вколите один и боль уйдёт… на время. А если два, то вы сразу встретите свой конец. Во всех палатах сего крыла госпиталя так же.

Смерть в облике парнишки приблизилась к лицу Йозефа так, что он услышал его отрывистое дыхание.

– Несправедливо, правда? Тот ублюдок на небесах даровал вам смерть в мучениях. В полнейшем одиночестве, в им же забытом месте! В темноте, в холоде, где окутывает лишь чувство безнадёги и тоски. Вас-с-с, человека, дожившего до своих отнюдь не юных лет, лишают вашего же права на продолжение жизни… Существования, если быть точнее. Ведь грань между жизнью и смертью так тонка… А порой и вовсе незаметна.