Пришествие бога смерти. Том 20

Вот что за жизнь? Думал, приду и покажу Дюжине, где раки зимуют, но нет… Придётся морды им бить по старинке.

Стоп! Если этот мир принял меня… А принял, видимо, из-за помощи с Игнис… В общем… Ха!

Расправляю крылья и лечу в храм Игнис. Нет, стоп… Сажусь обратно. Открываю глаза и встаю у обелиска в Посмертном мире. Взмах, и я обращаюсь богом Смерти. Миг спустя я сгусток энергии, что улетает в разлом, и вылетаю я около Шпиля.

Рядом сидит мой аватар. Отдыхает. Хорошо ему. Сволочь.

В общем, полетел к Игнис. Полетел пафосно, расправив крылья, чтобы все видели меня такого красивого. А в храме её настоящее паломничество. Народу тьма. Валькирии едва справляются с наплывом толпы, и кого же я увидел у входа?

— Привет, Мила, — приземлился я перед полуобнажённой воительницей в чисто символических доспехах. Из нагрудника, что скорее металлический топ, едва не вываливалась пышная грудь, живот накачен, красивые ножки в высоких сапогах тоже имели рельеф.

— Великий Гаус! — поклонилась та, а народ у входа в храм шарахнулся от нас.

— Помощь нужна? А то вижу, народ немного… — окинул я взглядом людей, те едва ли не безумны. — А что с ними?

— Так Святая Игнис славится силой исцеления. Вот все и идут к ней, моля о чуде. Но дураки! Она только родилась и не успела прийти в себя! А они всё прут и прут! Богиня даже ещё сил не успела набрать! — ругалась Мила, обращаясь к людям.

— Хм. Позволь тебе помочь, я знаю, как отсеять тех, кто достоин просить Святую об исцелении, от тех, кто грешен, и проход таким воспрещён, — взмахнув рукой, призвал капитана Мари. Она вывалилась из воронки в пространстве. Но приземлилась на ноги и… я забыл про одежду… Так что она вновь в своей форме.

Та сразу же выпрямилась, руку к голове, и пуговица выстреливает, но… Мила была быстрее!

Валькирия выхватила клинок и отбила пуговицу, защищая меня.

— Спасибо, — похлопал валькирию по плечу и подошёл к здоровячке. — Задача такая. Тут толпа жаждущих исцеления. Там богиня помирает от усталости. Организуй пропуск малыми группами. И отсев по греховности.

— Принято!

Вновь рука к голове, разворот к людям и обращение в суккуба.

— А ну всем стоять и заткнуться! — рявкнула та и, раскинув руки в стороны, щёлкнула пальцами. Тут же за её спиной из пространства вывалилось двадцать суккубов.