Кровь Василиска. Книга V

Когда челюсти монстра должны были сомкнуться на его теле, он успел вставить в пасть магическому зверю копье, что не позволило ей закрыться.

Отлично!

Перебирая руками по чешуе Риптера так быстро, как только мог, я за считанные мгновения оказался рядом с его пастью, после чего нырнул прямо в нее и, вцепившись обеими руками в язык монстра, активировал одну из своих самых сильных техник: Укус Василиска.

Суть техники была очень проста. В одно мгновение я выпускал из тела огромное количество своей ядовитой энергии, концентрируя ее в одном месте.

Работая на пределе своих сил, мое магическое ядро посылало огромное количество энергии по паутине энергетических каналов. Именно поэтому я не решался ранее использовать эту технику. Каналы могли просто не выдержать такого количества маны и попросту сгореть. А это повлекло бы за собой очень серьезные последствия.

Между тем Риптер, в язык которого сейчас поступило огромное количество яда, попытался захлопнуть свою челюсть. Но не тут-то было.

Магическое копье Избранника Угла не позволяло ему этого сделать. Да и я уже был не внутри его пасти, а уже снаружи. И первое, что я сделал - обвязал веревку вокруг талии вождя, а затем дернул за нее два раза.

Тело друида сразу же потянуло вверх, в то время как монстр отчаянно начал биться в конвульсиях, пытаясь закрыть свою пасть и страдая от огромного количества яда Ласковой смерти, который я запустил в его тело.

Не знаю, насколько эта тварь была защищена снаружи, но внутри он не был таким уж неуязвимым. Поэтому сейчас по телу Риптера курсировала некротическая энергия, которая очень быстро начала разрушать его тело.

“Надо подниматься”, - подумал я, так как воздух в легких начал понемногу заканчиваться.

Я начал грести руками вверх, попутно смотря на Риптера, от тела которого начали отпадать целые куски плоти.

Ужасное, конечно, зрелище, но ничего не поделаешь.

Либо ты, либо тебя. Все очень просто.

- Фуу-х, - вынырнув на поверхность, я открыл рот и вдохнул воздух, который после купания в болотной жиже показался мне очень свежим, несмотря на то, что мы до сих пор находились на Гнилых болотах, воды которых, а вернее будет сказать болотная жижа, были священны для племени Детей Угла.