Ты волшебник, Гарри!

— Вы имели в виду, что настоящая дружба не прогнется ни под какую любовь и плотские влечения? — деловым тоном спросил начинающий некромант.

— Вы как всегда зрите в корень, друг мой, — тут же кивнул Борис.

— Вы что не понимаете? Да какая любовь?!! Им от вас только одно надо! Им ребенок от вас нужен! А если нет — то затащить в свой род! А лучше и то, и другое! — возмутилась Екатерина. — Я, блин, о вас забочусь, а вы...

— Ну, я не был бы настолько категоричен. Может, я тайный объект для чьих-то сексуальных фантазий, — вздохнул Гарри и, заметив удивлённый взгляд товарища, спросил: — Помните трусики Наумовой?

Зависла пауза, которую прервал Борис, застывший с нанесенной ко рту вилкой с кусочком блина:

— Друг мой, ваша поразительная способность создавать интриги не доведёт вас до добра! — он указал на Катю, сидевшую с крепко сжимаемым столовым ножом и легкой улыбкой.

— Катя, это не моя инициатива, но те трусики были влажными, — произнёс Гарри и мгновенно пригнулся, пропуская руку подруги над головой.

— Беленький, придурок! — возмутилась Катя и набросилась на Гарри, нанося ему удары маленькими кулачками по плечу.

Борис, с удовольствием жевавший блин, взглянул на улицу через огромное стекло, которое было рядом.

За ним ночь всё сильнее вступала в свои права.

Небо темнело, и светлым оставался всего краешек у горизонта. На улице светили фонари тёплым жёлтым светом. Мимо проезжали автомобили, а на перекрестке мигал зелёным цветом светофор.

В зеркале отражалась хохочущая физиономия Гарри, которую он тщательно укрывал под столом от девушки.

— Катя, я ни причем! Не я же их просил!

— Беленький, ты грязный извращенец! Что ты с ними сделал фетишист?!! Признавайся, придурок!

Борис расплылся в улыбке, ещё раз оценил композицию за окном, дополненную отражением друга, которого избивала подруга и вздохнул:

— Красиво!

Глава 14

— Гарри? Ты чего смурной? — спросил Петр, усевшись за стол с чашкой чая.

— А? — выплыл из хмурой задумчивости парень.

— Я говорю, смурной. Случилось чего?

— Да, так... Задумался о своём печальном будущем, — вздохнул начинающий некромант и осторожно отпил кофе из чашки. — Блин... пока сидел, оно уже остыло.

Гарри закрыл блокнот и тяжело вздохнул.

— Гарри, я тебе, конечно, не отец, но может поделишься? Одна голова хорошо, а две лучше... Признавайся. Опять какую-нибудь шутку думаешь натворить?

— С чего так решил?

— Так год, считай, на удивление спокойный, — пожал плечами Петр.