Ты волшебник, Гарри!

Нам же там, считай, город отстроить надо будет. Дороги провести... Ладно, хотя бы обычную железную дорогу провести все равно надо будет. Это месторождение десятилетиями надо разрабатывать. А чтобы еще и окупилось хотя бы за пять лет, надо будет и переработку там сделать. Денег ввалим кучу. А это места, это люди... И налоги в казну, и ему цифры красивые в императорскую канцелярию. А тут сразу миллион. Чем думает, не понятно.

— Взятку предлагал?

— Намекал, но он виляет. Словно хочет, да не может.

Магомед снова погладил бороду и хмыкнул.

— Забудь про этот бокситовый кусок, — произнес он.

— Но, пап, там же...

— Забудь говорю. Про того наместника говорят, что он на руки грязный. Берёт и не стесняется. В Москве у него родич сидит и его кроет. Если он от денег отказывается, неспроста. Видимо, уже кто-то приметил себе.

Сын вздохнул.

— Не злись. Нет смысла за этот кусок с московскими тягаться. Больше потратим, в возню их при дворе влезем. Возня у императора под носом — это дорого.

— Мы не бедные.

— Мы не бедные, да только сегодня император нам улыбается, а завтра канцелярия имперская штрафы и выговоры выписывает.

Всё течёт, меняется. Наши шахты и род остается, — Магомед достал папку из стола и протянул её подающему надежды отпрыску. — Держи. Почитай на ночь, подумай.

Сын взял в руки папку, открыл первую страницу и удивлённо поднял взгляд на отца.

— Так это же дальний восток. Оттуда логистика будет золотой.

— Думай. Думай, считай. И к Корнеевым съезди в гости. Они в переработке собаку съели. Потом к Пришвиным загляни.

Поговори, а потом снова думай и считай. Ты, Ибрагим, неглупый. Только на поверхность смотришь. Смотри глубже.

Парень пролистнул страницу, вторую и поднял взгляд на отца.

— Корнеевы переработку знают. Пришвины промышленники... — он умолк и нахмурился, уже что-то прикидывая в голове.

Глава рода усмехнулся, но сказать ничего не успел. На столе зазвонил его личный телефон, который он использовал для семьи. Взяв его в руки, он обнаружил, что звонок от младшего сына.

— Кто? — тут же поинтересовался Ибрагим.

— Брат твой, — взял в руки телефон Магомед и поднял трубку. — Что случилось, Борис?

— Пап, у моего друга проблемы. Нужен твой совет, — произнёс голос в трубке.

— У тебя появились друзья? — хмыкнул отец. — Обычно ты ни с кем дружбы не заводишь. Кто она?

— Он мужчина, пап, — ответил сын. — Так сложилось, что мы с ним одни силу свою в этой школе чувствуем.

— Вот как... Маг земли?

— Нет. Он... я дал слово, что не скажу о его силе.