Пришествие бога смерти. Том 11

К одному из пациентов сейчас подошёл врач в белом халате, а с нем медсестра.

— Бедняжка… — вздохнула медсестра, глядя на забинтованную девушку с множеством ушибов и пластырей. — Такая молодая и такое…

— Она выбежала на дорогу. Дура, — проворчал мужчина врач, проводя осмотр. Зрачки, рот, сердцебиение… Всё проверил и записал. — Чудом спасли. Теперь остаётся ждать. Она либо выйдет из комы, либо нет. И это может занять как месяц, так и десять лет…

— Бедняжка… — повторила медсестра.

***

Круизный лайнер.

Каюта Гауса.

Утро.

— Бог ты мой! — раздался крик Лины, и девчата начали потихоньку просыпаться, но…

— Аа-а-а-а! — прокричала Лена и спрыгнула с кровати. После её крика, Екатерина открыла глаза и вздрогнула, ведь её голова была на мужском животе. Незнакомом животе… Она приподнялась и тоже захотела спрыгнуть с кровати, но сонный мозг запыхтел, начав анализировать.

Перед ней лежал весьма высокий мужчина, примерно метр восемьдесят. Немного бледноватый, но тёплый. Очень тёплый и при касании тела его появлялись очень приятные ощущения… Тело не худое, а подтянутое.

Виднелись рельеф тела и кубики пресса на животе, но лишь слегка, до Гауса, когда тот был в форме, ему было далеко. В плечах не широк, но даже так, по мнению Кати, мужчина был очень привлекателен. Но самое главное… У него белые словно молоко волосы до плеч. Такого же цвета брови, ресницы и лёгкая бородка в стиле Гордона Фримена.

(Вроде такого)

— Это же Гаус! — осознала Катя, вглядевшись в его лицо.

— А? Точно! — Лена вскочила на ноги и уставилась на мужчину в кровати. — И правда, Гаус! Но почему он выглядит, будто его вытащили из глянцевого журнала? Блин… какой же красавчик…

— Прямо будто фантазия какой-то женщины, — задумалась Лина и кинула взгляд на остальных. — Признавайтесь! Кому Саша во сне снился? В смысле всем?!

— Мяу! — кошка также лапку подняла.

— Степан! Но ты-то куда?! — выкрикнула огненноволосая девушка, и все с ужасом уставились на блондина.

— Во сне он мне сперва вручил одну работу, и только я её доделал, как дал вдвое больше… Потом вчетверо… В шестнадцать раз… — парень вздрогнул и покачал головой.

— А, так тебе кошмар приснился.

— Мне во сне Гаус благословлял моего ребёнка, правда, лицо отца я забыла, как проснулась… — вздохнула Ира. — Но мальчик мой был таким лапочкой…

— А вам что приснилось? — Лина уставилась на Рыжих, а те заулыбались. Говорить они не хотели, а ушки предательски начали краснеть.