Московский доктор

— Григорий, правда собираешься тут жить? — удивленно спросил Иван.

— Подписал же. Куда деваться?

— Ладно, твой выбор. Пойдем морепродуктов поедим? Знаю классное место. — Предложил Иван.

— Можно, но сначала надо в ремонтную компанию заглянуть.

— Ты меня за прораба держишь?

— Напомню, ты сегодня на мне двести тысяч поднял, — напомнил я.

— Заслужил!

— Заткнись и пошли. Завези в ремонтную.

Нашли контору, я дал задаток, пообещали всё сделать за неделю. Дом-то пустовал лет десять, все сломалось. Воду, электричество, интернет, кабель — все пришлось делать заново.

На это убили целый день.

Зато потом пошли в ресторан, который Иван так расхваливал. Обошлось мне это удовольствие в тридцать тысяч. Белорусские креветки — еда для настоящих гурманов.

*****

— Здравствуйте, Даниил-старший. Вы заболели? — Ольга поприветствовала своего делового партнёра, который привлёк её внимание в больнице.

— Ольга? — Даниил-старший был немного удивлён, увидев здесь Ольгу. — Мой сын Даниил здесь.

— Это ребёнок, которого вы родили от молодой жены, так?

— Да, Даниилу всего семь лет, но он здесь уже два года.

— Даниил-старший был в подавленном настроении.

— Как он поживает? — Ольга спросила это, хотя и так знала ответ.

Даниил-старший не позволил бы своему ребёнку провести два года в больнице, если бы это не было связано с болезнью, которую не могли вылечить даже большие деньги.

— Я хотел бы, чтобы у него появилась надежда на выздоровление, но вчера получил сообщение о неизлечимом заболевании. Получаю их уже в третий раз за последние полгода.

В этот момент к ним подошла Флора. Она сразу узнала Ольгу. Это была компаньонка того парня, который сегодня утром ворвался в палату Даниила-младшего.

— Господин, у меня хорошие новости. Болезнь Даниила-младшего под контролем.

— Под контролем? Что? Вчера вы отправили мне сообщение о неизлечимом заболевании. А теперь вдруг говорите, что ему становится лучше?

— Ну… Я тоже не уверена в деталях, но это правда. Мы проверили опухоль и она чудесным образом уменьшилась вдвое.

Это означает, что у него есть еще как минимум полгода жизни. Ему не обязательно проводить это время здесь, но я надеюсь, что он сможет приходить на обследование каждый месяц.

— Вы серьёзно?

— Да, как бы странно это ни было. Опухоль мозга уже действовала ему на нервы, но сегодня в четыре утра он таинственным образом очнулся. Его вкусовые рецепторы, разрушенные химиотерапией, тоже восстановились. Это практически чудо.

— Большое вам спасибо. Это всё из-за вас всех.