Точка Бифуркации II

– От простолюдина что ли? – оглядываясь на ребят, хохотнул Саша, но было видно, что парень стал нервничать. – Видели мы, как вы пытаетесь коробочки двигать на своих уроках. Очень устрашающе, – следом же к его смеху присоединились ещё несколько ребят, уже поглядывающих на меня свысока.

– Тогда тебе придётся прочувствовать на себе всю глубину своей неправоты.

На этих словах я подошёл вплотную к попытавшемуся встать Костромскому и, прижимая его телекинезом к стулу, схватил левой рукой за шею, а правой стал жёстко и мощно бить по морде.

Предварительно, конечно, пришлось окутать свои руки даром, чтобы не разбить их о защиту своего оппонента.

Несколько ребят вокруг, которые пытались вмешаться, чтобы разнять драку, а если быть точнее – прекратить избиение, не смогли к нам приблизиться. Часть из них контролировал я сам, часть – Максим и Алина, которая подошла сбоку, также заинтересовавшись дискуссией.

Уже через четыре удара, барьер Костромского утратил свою прочность, и я едва успел «оголить» свои руки от защиты дара.

И это очень хорошо, потому что иначе последствия для его лица могли быть очень плачевные. Да и убить можно было ненароком. А так – фингал под глазом, разбитый нос и отхлёстанные ладонью щёки – выживет.

– Зато впредь, ты будешь следить за своим языком, – отходя от ревущего пацана, бросил я.

Глава 7

Отводя Максима немного в сторону, я развернул его к себе лицом и, заглядывая в глаза, спросил:

– Ты знаешь, что будет, если ты ударишь аристократа? – отмечая полное недоумение товарища, я сплюнул и принялся всё объяснять.

– Ты на меня не смотри! У меня никого нет. Круглый сирота! Они даже если захотят, то устанут ждать, пока я выйду за пределы школы, чтобы попытаться отомстить. А вот у тебя там родители, да и сам ты каждый день за территорию выходишь. Так что я ценю твою дружбу и помощь, но в мои разборки с благородными даже не думай лезть. Мы договорились?

Максим был зол на меня за то, что я его сдержал несколькими минутами ранее. Это выражалось в надутых щеках и недовольном взгляде.

Но мои слова всё-таки дошли до его ушей, и друг смягчился.

Татьяна Васильевна вернулась в кабинет аккурат к тому моменту, когда я отходил от побитого Костромского с окровавленным кулаком.

– Обломов! Что здесь происходит?!

Забавнее всего было наблюдать за тётей Тоней и двумя другими охранниками Алины, вбежавшими в аудиторию на шум. Они полностью проигнорировали все вопросы от учительницы и вернулись на свои посты.