Точка Бифуркации II

– Как думаешь, что с тобой будет, если я то же самое сделаю с твоими яйцами?

На этих словах я приставил указательный палец к виску и упёрся взглядом собеседнику в область паха.

– Эй-эй-эй! Стой! – серьёзно запереживал Витька, выставляя вперёд руки и разворачиваясь ко мне боком. – Не надо! Я... я не подумал, – часто моргая и одаривая меня просительным взглядом, бросил он.

– Как хочешь, – пожал я плечами и вновь устремил свой взор на ещё целый коробочек с одной спичкой внутри, лежащий передо мной.

Витька решил отсесть от меня подальше.

Похоже, он не оценил мою шутку. Парнишка, кажется, был с третьего класса и жил этажом выше меня. На этих занятиях по развитию дара нередко собирались дети вплоть до четвёртого класса. В зависимости от расписания уроков, мы попадали сюда в разное время и, соответственно, все так или иначе друг друга знали хотя бы в лицо.

Периодически Анатолий Викторович делал нам небольшие «экзамены» – задания, которые нужно выполнить под его надзором. Если ученик успешно справлялся, то инструктор усложнял ему задачу тем или иным образом.

Я среди окружающих особо не выделялся, делал ровно столько, чтобы учитель закрывал глаза на кучу изуродованных коробков в мусорном ведре, а также на мою самодеятельность. Экзамены сдаёт, вот и ладно – такая была у него логика, и нас обоих это более чем устраивало.

– Вы же с Максимом всё это давно умеете! – шепнула мне на ухо Алина, лёгким кивком головы указывая на окружающих нас ребят.

– Ага, именно поэтому мы заняты своим делом. А ты давай, займись своим.

– И так делаю, – вздохнула подруга.

Задача у Белорецкой была простая: выполнять все задания инструктора с лёгкостью, изображать предельно скучающий вид и периодически вздыхать, тем самым нагоняя тоску на бедного Анатолия Викторовича. В конце, она против своей воли и исключительно по моей просьбе, сделает инструктору лёгкое замечание о том, что учебный процесс можно и разнообразить, а затем даст понять, что отныне будет здесь частой гостьей. И если я что-то понимаю в этом мире, то проделанная нами операция должна привести к тому, что качество наших занятий обязано вырасти на порядок.

Когда тренировка закончилась, я попрощался с друзьями и направился в сторону формирующегося строя из моих соседей по этажу. Взгляд, с которым меня встречала Елена Евгеньевна, был весьма живописным и многообещающим.

– Обломов, становись с Арментьевой, – приказным тоном произнесла куратор.

Оглядев девчушку, о которой шла речь, я повёл плечом и молча встал с ней рядом.