Возрождение Феникса. Том 5

Его кожа вся испещрена какими-то огненными знаками…

- Кажется это Колядник? И Яровик, и Чароврат…Руки парня усыпаны горящими рунами! Это татуировки!

Трибуны тонут в ошеломленном гомоне.

- А я и не знала, что Сеня настолько верующий, - доносится возглас Алеси. Видно, делится откровениями с Дарико.

- Я тоже…Но это же хорошо, - сама грузинка. – Сварогу любо ношение божьих знаков.

Руны, руны, руны…Я не знал, как же их покорить, какой носитель использовать, чтобы удержать Симаргла дольше нескольких секунд.

Серебряные обереги плавятся, бумага тлеет, древесина сгорает. Необходима была либо суперпрочная, либо самовосстанавливающаяся поверхность. Я перепробовал десятки сплавов, красил свинцовые пластины грунт-эмалью. Всё оказалось без толку. И тут мне вспомнилось, что сам, вообще-то, являюсь такой поверхностью.

Вот и нанес на руки прозрачные татуировки. Пока лишь неводостойкой краской. Сработает – сделаю настоящие. Буду всю жизнь щеголять ромбом Чароврата на плече и Яровиком на локте.

Сейчас я призвал Южа, огненного духа.

Его сила на уровне демонского фантазма, а значит, сварожичи его не признают, в отличие от Симаргла. Внешне же Юж выглядит, как горящая вуаль, что окутывает тело и того, кого ты держишь.

- А-Р-Р-А! Горяча! – плачется Боря. Чешуя мутанта почернела, еще чуть-чуть и мой огненный захват испечет его заживо.

- Так сдавайся! – фыркаю. - Проблема-то.

- Не хачу праигривыть, аднака! Р-Р-Р-А-А!

- Тогда терпи. Ничем не могу помочь.

- Бальна же! Изувера! Хрена тебя, а не сестрянка! – переходит животина к угрозам.

Вздыхаю:

- Что ж значит, такова судьба. Значит, не встречаться мне с вашей крокодильей красавицей.

Еще побившись в захвате, Кайман выдает:

- Ладна уж, встречаяся с систер, - сжалился он и тут же кричит: - Сдаясь, судя! Сдаясь, аднака!

Отпускаю поджаренного Борю. Угольного цвета чешуя сразу же начинает регенирировать. Я же стою весь в огне и направляюсь к следующему противнику.

Демоник-резина пинает поваленного Агаркина. Харлам лежит почти без сил.

Парень закрывается от пинков Вацлава и едва успевает уворачиваться. Очередной удар под дых складывает ловца пополам. Вацлав наноси оплеуху Харламу, но губы парня не кровоточат. Доспех еще держится. Шанс есть.

- «Феникс», вставай, - рычу я из кокона огня.

- Ар-ар, - нечленораздельно стонет ловец.

Новый удар ногой от Вацлава и парнишка сгибается пополам.

- Один! – начинает отсчет судья.

- Быстро вскочил! – я сжимаю огненный кулак.