Пси-ON. Книга III

В преддверии бала.

Мне не пришлось высказывать горе-профессору ничего из того, что я о нём думал, ибо, во-первых, вспышка негативных эмоций благополучно ослабла спустя час-другой субъективного времени, а во-вторых об этом уже заботилась Хельга, популярно объясняющая этому человеку его дальнейшие перспективы. Печальные перспективы, ведь на случайность произошедшее списать не получилось бы: собственные помощники Воробьёва и инициировали «разбирательство», при посторонних, – сиречь мне и Хельге, – заявив, что детонацию разлома спровоцировало использование экспериментальной установки, и такой эффект был вполне прогнозируемым.

Её для того и разрабатывали: закрывать разломы путём их дестабилизации. Просто этот выезд «на природу» для игрушки умных дядей был первым, так как с момента доведения прибора до ума разлом впервые образовался там, где даже подрыв тактического ядерного боеприпаса не привёл бы к катастрофе и жертвам…

Стоит ли говорить о том, что я во всю пользовался телепатией, и потому имел наиболее полное представление о мотивах профессора, нежели кто-либо ещё? Эта усатая скотина и правда не считала себя виноватой, а радость от успешного закрытия разлома, весьма оправданную, в общем-то, радость, сдерживала из опасений получить по шапке потоком плазмы.

Или прикладом, так как солдаты из числа его личной охраны после услышанного более не пылали решимостью защитить светило науки, а очень даже наоборот. Слишком много смертей случилось оттого, что профессор даже не подумал о том, чтобы предупредить военных.

Я втянул носом дурно пахнущий, насыщенный пылью воздух, с запозданием подумав о том, что теперь можно и обеспечить себе комфорт при помощи псионики. Тут же проведя все необходимые манипуляции, – почистил костюм и образовал вокруг себя область с очищенным воздухом, поддержание которой не отнимало у меня слишком уж много сил, – я в последний раз пробежался взглядом по окружению. Тем кому было действительно надо я, по большей части, помочь не успел: пространство аннигилировало несчастных, обратив тела в ничто.

Два десятка спасённых на фоне семи десятков мёртвых, мягко говоря, не котировались. Не в мою пользу математика, в общем. Что до выживших, то ими уже занимались санитары, костерящие на все лады необычные раны, оставленные пространственной аномалией.

Тихо и не привлекая внимания я развернулся, в считанные минуты добравшись до своего автомобиля.