Шелест. Гимназист

Можно сказать, что она уставная, хотя ничем и не регламентируется, просто наиболее удобный вариант.

Рябова явственно различила мой оценивающий взгляд, направленный на неё, и всего лишь любопытный, которым я одарил княжну и выпускниц. И будь я проклят, если моя заинтересованность не польстила ей. Ветеран, отдавшая службе как минимум три десятка лет и выслужившая пенсию? Несомненно. Вот только от этого она не перестаёт быть женщиной, которой приятно мужское внимание. И уж тем паче со стороны такого молодняка, как я.

Хотя и сомнительно, что она позволит себе нечто большее. Хм. А вот я, пожалуй, и не против.

Наконец с улицы донёсся звон колокольчика, возвестивший о начале урока, и ученики, не дожидаясь команды, начали выстраиваться вдоль стены. Я привалился плечом к стене, наблюдая за выпускным классом.

— Милостивый государь, а вам что же, особое приглашение нужно? — вздёрнув бровь, посмотрела на меня Рябова.

— Эльвира Анатольевна, что-то у меня живот подвело, разрешите…

— В строй, милостивый государь, — с улыбкой произнесла она.

— Но…

— Потерпите.

Вообще задираться с любым из учителей себе дороже станет. Потому как они все, как один, одарённые, и пусть военная только Рябова, остальные также знают, с какого конца держаться за мушкет, пистоль или шпагу. Но главное даже не это. Среди них нет ни одного ниже шестого ранга. Таковые могут обнаружиться только в стенах школы. А вот против боевых плетений даже самого слабенького одарённого я попросту бессилен. Если только воспользуюсь хорошей реакцией и увернусь.

Правда, поможет это ненадолго.

Амулет? Ну, не будем о грустном. Неоткуда мне взять бриллиант. А других аккумуляторов Силы попросту не существует. Поэтому цена на алмазы до неприличия велика. Коренные месторождения пока ещё не открыты, и есть только два россыпных в Индии и Бразилии, так что спрос существенно превосходит предложение…

Я наигранно вздохнул и направился в конец строя. Здесь не армия, а общество сословное, поэтому никаких построений по росту.

Первой в строю княжна, за ней обе боярышни, которые чуть выше неё, далее боярич, этот и вовсе возвышался над ними на целую голову, и только далее ученики придерживались ранжира.

Но мне, способному поспорить ростом с бояричем, сразу за ним места не было, так как тут вступает в действие ещё одно правило. В учебных заведениях действовала строгая иерархия по возрасту, и младшеклассник не мог встать вровень со старшеклассником, обязанный проявлять ему уважение.