Шелест. Гимназист

Никто из моих знакомых не может похвастать такой целеустремлённостью и энергичностью. Вы не смирились с неизбежным, и так как опереться на дар не получится, ищите иные пути, которые помогут вам крепко встать на ноги. И это заслуживает уважения.

— Вот так это выглядит в ваших глазах?

— Именно.

— Ну что же, подобную характеристику стоит обмыть кружечкой доброго пива. Схожу-ка я в трактир.

— Ну вот опять. Вы ведь не в трактир собирались, а в оружейную мастерскую. Не пиво пить, а работать с железом.

— Всё-то вы знаете. Желаю здравствовать, — приподняв картуз, попрощался я.

— Пётр Анисимович, — окликнула она меня, когда я спустился на пару ступеней.

— Да, — обернулся я к ней.

— Спасибо, — с искренней улыбкой повторила она.

— Не за что. На моём месте так поступил бы каждый, — набычившись, с наигранным пафосом произнёс я.

Потом подмигнул и, отвернувшись, сбежал со ступеней. Вообще-то, зря я так-то. Девочка и впрямь от чистого сердца поблагодарила, и, между прочим, есть за что.

— Ярцев, — послышался от двери голос Рябовой.

Ну вот откуда нарисовалась эта княжна. Теперь ещё и госпожа капитан начнёт мне мозг выносить. Но не отмахиваться же от неё. Если всех слать лесом, то отчего бы не свалить в этот самый лес и не жить там, как Маугли. Но коль скоро живёшь в обществе, будь добр, придерживайся общепринятых норм.

— Да, Эльвира Анатольевна.

— Проводите меня, — спустившись с крыльца, попросила она, указав направление.

Честно говоря, мне не по пути, и таки да, пусть время уже и за полдень, я всё ещё собираюсь поработать в мастерской, так как зуд в руках никуда не делся. Адреналин это, конечно, хорошо, но всё же не то, чего мне хотелось бы прямо сейчас. Опять же, мне, может, и хочется оказаться в бою, чтобы испытать те несравнимые ощущения, но будет лучше, если при этом у меня в руках окажется нечто более продвинутое, чем существующие образцы.

— Ярцев, а вы, как я погляжу, не боитесь крови. Вам, что же, не впервой отправлять человека к царице небесной? — поинтересовалась учительница.

— Сомневаюсь, что она его там примет, скорее уж в преисподнюю, — возразил я.

— С чего такие выводы?

— А куда ещё человека, пробавляющегося людоловством? Ведь не ради угощения пирогами пытались умыкнуть княжну.

— Отчего же. Может, и пирогами, а то и сладостями редкими, да одевали бы в шелка.