Жандарм 3

А вот у Посеребренного? И пока их дети учатся в институте, удары по мне продолжатся. Да и принесение извинений не факт, что что-то даст. Как бы не наоборот. Станет сигналом для остальных студентов, что можно творить все, что вздумается, а после попросить прощения и им все сойдет с рук. Нет уж! Я на такое не согласен!

— Ну раз мы все решили, — стал подниматься довольный Посеребренный, — тогда мы пойдем. Я уж вразумлю своего отрока! — сжал он кулак и потряс им, словно угрожая собственному сыну.

— Нет, мы еще не закончили, — остановил я мужчин.

— Но ведь вы сказали, что когда они принесут вам извинения, вы отзовете заявление из полиции? — напрягся Посеребренный.

— Да. Но это касается только их проблем с полицией. Но не с институтом.

— А что не так с институтом? — не понял Завилов. — Парням еще год учебы остался, и пусть звезд с неба они не хватают, но программу тянут уверенно.

— Пусть в тюрьму они и не попадут, но здесь им спокойной учебы не будет. Они должны перевестись в другой институт или будут отчислены!

— Это уж не вам решать, — уверившись, что вопрос с полицией решен, тут же «воспрял» Посеребренный.

— Мы говорили с ректором, и он нам пообещал, что если мы уладим вопрос с вами, то дети смогут спокойно учиться дальше.

— Ректор не знает многих нюансов, — стал я наводить тумана. — Вы думаете, они просто так на меня напали? Никто другой ведь на это не пошел! Только они! Не в том ли дело, что у них не так все гладко в институте, как они вам говорят? И они испугались, что я выведу их на чистую воду.

Даже если они прекратят совершать проступки, кто сказал, что их нельзя будет привлечь за уже сделанное?

— И вы обещаете не ворочать их прошлое, если мы переведем их в другой институт? — нахмурился Завилов.

— Да. Специально я тогда искать не стану. Ну а если всплывут их «художества»... то для начала могу связаться с вами.

Не знаю, поверили ли они тому, что их дети натворили что-то в прошлом, за что их можно будет исключить, но вот в то, что спокойной жизни я им не дам — поверили прекрасно.

Распрощавшись с ними, я пошел к ректору. Оставаться в институте больше не было никакого смысла. К кому из кураторов кружков подойти в первую очередь и как это лучше всего сделать, я еще не придумал, а просто просиживать штаны на занятиях не видел смысла. При мне еще ни разу ни один студент не срывал лекции и вполне возможно, если троица выполнит мое требование, студенты даже дышать в мою сторону начнут через раз.