Райдзин. Проект "Цербер"

Лишь изредка тишину нарушали голоса, когда воспоминания оказывались совсем уж яркие. Как сейчас, когда «я» вбил кого-то из одноклассников головой в решетку ограждения школы, так что у него из разорванных ушей кровь пошла, а голова между узких прутьев застряла.

«Рейдзи!» – услышал я эхо среди прочих криков, среди которых фигурировало все больше «гайдзин». Меня Наоми кстати недавно так назвала – Рейдзи, я это запомнил. В иной ситуации не обратил бы внимание, но обретенная сестра-оборотень сказала во время нашего общения так мало слов, что я почти все запомнил.

Судя по увиденному и услышанному в картинке воспоминаний, в школе «меня» или пинали толпой, или обходили стороной. Появилась в воспоминаниях и сестра – она, похоже, осталась на домашнем обучении и с начала «школьных годов чудесных» я грыз гранит науки без нее. Воспоминаний, связанных с ней, было много – для «меня» это была отдушина, брат с сестрой были очень близки.

В процессе наблюдения как-то вдруг понял, что ни отца, ни матери не вижу.

Ничего, совсем – кроме первого размытого воспоминания из кроватки. Несколько раз видел в картинках памяти мужчину, похоже наставника – пожилой японец в традиционной одежде, который меня учил в домашней обстановке. В основном бить макивару или работать с длинной палкой или катаной. Никакого близкого общения, никаких разговоров, только тренировки и резкие окрики.

Все чаще мелькала сестра. Мы с ней много общались – когда наставника не было дома. Очень ярко и со звуком посмотрел воспоминание, как Наоми в первый раз тайком пришла ко мне в комнату.

Прежде чем мы заснули - в обнимку в одной кровати, она долго мне рассказывала все и обо всем. Растерянная маленькая девочка определенно искала поддержки и утешения – реципиент был ее единственным близким человеком в отсутствии родительской любви. А к наставнику оба, похоже, особой приязни не испытывали.

Параллельно с этим потоком воспоминаний околошкольный треш не прекращался. Апогеем, похоже, стала ситуация когда реципиент покалечил одноклассника.

Сначала едва не утопил, макнув головой в унитаз до беспамятства, а потом унитаз этой самой головой и разбил.

Причем реципиент подошел к делу с умом. В американских фильмах кого-то часто в унитаз головой макают – та же знаменитая сцена с Лебовским, которого перепутали с другим Лебовским. Все потому, что конструкция слива типично американских унитазов такова, что чаша постоянно наполнена водой – так называемая сифонная система.