Райдзин. Проект "Цербер"

У меня всегда складывалась верная и полная картина из небольшого количества деталей.

Вещи, которые для других непредставимы, я способен понимать логически, просто сопоставляя имеющиеся факторы. Мне казалось это обыденностью, но для других всегда было откровение – когда я всегда делал верный вывод, основываясь лишь на обрывочных косвенных знаниях. Сейчас же ситуация не подразумевает иных толкований, вообще все ясно-понятно, как в открытой книге.

Сестрица-лисица размеренно дышала, глубоко заснув, мне же теперь сон совершенно не шел.

Особенно когда Наоми заворочалась во сне и крепко прижавшись, еще и ногу на меня закинула. Сон больше не шел, и я попытался отвлечься, вспоминая все что видел в картинках воспоминаний о своей новой жизни.

«Мне больше некуда идти», – вспомнил я, как шептала Наоми у Старой мельницы.

У нас с ней же есть опекун, почему она не пошла к нему? При этой мысли в первую очередь неожиданно для себя обратил внимание на то, что уже думал о прошлом реципиента как о своем, не дистанцируясь.

Надо же, вживаюсь в чужую шкурку.

Осмыслив это, я принялся восстанавливать в памяти и «просматривать» увиденное во время допроса в подвале, акцентируя внимание на семье реципиента. И в процессе забыл не только о сне, но и о прижавшейся ко мне посапывающей Наоми. Настолько увиденное свежим взглядом в картинках воспоминаний реципиента мне не понравилось.

Категорически я бы даже сказал не понравилось.

Глава 9

Заснуть я смог только под утро, но выспаться пары часов мне вполне хватило. Организм молодой, много не нужно.

Я бы если и не поспал вовсе, утром дискомфорт сильный все равно вряд ли бы почувствовал.

Едва проснулся – от лучей солнца, заглянувших в открытое незашторенное окно, как сразу ощутил себя в чрезвычайно бодром настроении. Настолько бодром, что восстанавливающая хронологию событий цепочка воспоминаний, составленная по реперным точкам «пляж-молния-ритуал-больница-погоня-застенки-эвакуация», прошла быстро и практически без негативных эмоций. Главное, что не реинкарнация в собаку, а с остальным можно попробовать разобраться.

Молодость все же – великая вещь. Когда лет в двадцать не спал сутками без потери тонуса, не раз слышал от старших товарищей фразу «молодой, здоровья много». С возрастом, когда к тридцати у выданного природой тела закончился бесплатный пробный период здорового организма, эту фразу прекрасно понял – как понял и важность восьмичасового сна. Так, а вот еще одна дверца глубинных воспоминаний приоткрылась, отметил я краем.