Метаморф в Стране Советов

Ещё пятеро, топтавшиеся рядом «руки в брюки», были ничем не примечательной фабрично-заводской шушерой. Из тех, чей главный девиз по жизни – чем бы ни заниматься, лишь бы не заниматься, но при всяком удобном случае бьющих себя пяткой в грудь с разбегу и орущих: «Я – пролетарий!»

Из общей массы выделялся хмурый матрос (клеша, тельняшка, расстёгнутый бушлат, бескозырка – всё, как полагается) – это он смолил папироской и расставаться с нею явно не собирался. И толстый придурок с барабаном. С барабаном?! Его-то зачем притащили в библиотеку?!

Сосредоточиться на Богах и багах становилось всё труднее.

А информации-то тут на нехилый томик в несколько сотен страниц. Причем последнее событие датируется 1480 годом, когда после смерти господаря Валахии и первого Вампира Владислава Дракулы… Тот при жизни получил Фамильяра с магическим даром «Отец Чудовищ» [1] и превратил себя в первого Вампира, после чего создал целое войско с жесткой субординацией и иерархией. Создал свою и чуть не разрушил Османскую империю, но в итоге был убит в сражении вместе с единственным наследником, которому передал дар своей магии. Фамильяр, лишившийся носителей и не имеющий возможности перейти к следующему (ведь Влад, кроме сына, больше никого не наделял даром своей магии), ушел за грань, а вампиры пошли вразнос, чуть не став очередной планетарной катастрофой.

– А я вам ещё раз повторяю, что такое поведение в библиотеке недопустимо! – Виктории приходилось вовсю напрягать голос, чтобы перекричать галдящую компанию, – Вы мешаете людям заниматься!

– Баришня! – почти радостно воскликнул Швондер-Шариков и театрально развёл руками, – Да ви сами орёте громче мине! И чем это одним товарищам может помешать коллектив других товарищей, изъявивших желание окультуриться и побороть мрак собственного невежества, которое, как сказал товарищ Луначарский, есть истинная цель демократической власти в области просвещения!

Бррра-бац! – толстяк со всей дури треснул в барабан, подчёркивая судьбоносность сказанного товарищем.

– Верно, Сёма! – похвалил Швондер-Шариков, – Сушшественно и уместно! А то, как я погляжу, баришня не вникает в серьёзность политического момента.

Виктория держалась стойко, но линия её обороны неукоснительно отодвигалась в тыл, то есть, в читальный зал. Главный бузотёр уверенно нёс несусветную чушь, вплетая в свою речь названия Декретов Наркомпроса. Шкет и матрос держались поблизости. Толстяк с барабаном топтался сзади, сопровождая завершение каждой фразы своего лидера отменным бумсом.