Самозванец из Гессена

Помни мою доброту, хотя её и не заслуживаешь! Ты, сын грязной шлюхи, будешь служить очень влиятельному человеку! Представитель покуп… нанимателя уже ждёт тебя в Гессене.

Ого! Значит, на меня всё-таки нашёлся достойный покупатель. Судя по фамилии, он из Восточного Эмирата, а у них денег, как песка в пустыне. Думаю, что не меньше, чем в двадцать миллионов золотых марок мою голову оценили. Может, и больше расщедрились.

Хотя чему радоваться? Здесь был на положении скотины и там буду с ярмом на шее. Ещё и рисковать придётся много, отрабатывая вложенные в покупку шейхом деньги.

- Позвольте спросить, - поклонился я до самой земли, скрывая истинные чувства. - Но ведь до начала экзаменов на Печать ещё три с половиной месяца?

- Я договорился. Кто может отказать древнему Роду Меринбергов? Можно было бы и подождать, не тратя деньги на взятки, но этот подлец Михаэль Тюбирген объявил нам войну.

Теперь всё становится на свои места. Мой папаша очень любил брать в долг, но возвращал деньги лишь с ножом у горла, считая, что всё, что попало в его загребущие лапки, больше никому принадлежать не может. Тюбиргенам он должен около пятнадцати миллионов, если считать с процентами за последние десять лет просрочки. Отдавать не собирается, вот и лопнуло у них терпение. Всё по закону - можно выгодно повоевать, а не ограничиваться дуэлями.

Поэтому граф и хочет продать меня, срочно навесив Печать Мастера. Сыночек же его идёт “прицепом”, маскируя истинную цель.

Что Отто будет делать дальше? Деньги вернёт разъярённым кредиторам? Вряд ли. Скорее всего, наймёт внушительную армию наёмников и сам попытается захватить земли Тюбиргенов. Или сбежит, прихватив всё золотишко? От него можно и такого ожидать. Слишком труслив, чтобы с сильным Родом бодаться.

Да не моё это дело! Всё равно живу в этом доме последние дни! Жаль, что Марта с Гретой отменяются. Я уже настроился на встречу с ними. Наверное, они единственные в этом гадюшнике, по кому буду скучать. Мои славные подружки-веселушки, раскрашивающие серые будни бастарда своим темпераментом и искренним участием.

Через полтора часа графский кортеж выехал из особняка. Меня - о, чудо! - посадили в хозяйский лимузин, предварительно выдав приличный костюм.