Богоборцы

Это опять же тебе в копилку фактов, слепо не доверять присвоенным рангам. Их придумали люди, но жизнь — штука хитрая и всегда найдёт как поднасрать. Так ладно! Заболтались мы. Девчата, подъём! Давайте разминайтесь и работаете стандартную связку втроём. А мы с тобой, Виктор, займёмся приведением тебя в порядок. Давай-ка для начала пробеги кругов десять. Поглядим, насколько всё плохо.

Глава 5

Глава 5

Высокая, стройная, словно кипарис, копейщица, одетая лишь в подобие бронебикини, скорее подчёркивающее её достоинства, чем скрывающее их, высоко подпрыгнула, в полёте сделав длинный выпад оружием.

Наконечник лязгнул по щиту, которым споро прикрылся её враг, а девушка ловко приземлилась, уйдя в перекат, и тут же, поднимаясь, рубанула копьём по кругу на уровне ступней. Теперь уже противнику пришлось взмыть в воздух, чтобы пропустить под собой гудящее в воздухе древко. Даже несмотря на полный латный доспех, он не решился принять удар, что, в принципе, верно, поскольку оружие копейщицы было цельнометаллическим и весило как доброе бревно. При этом управлялась она с ним словно с тростинкой, что, собственно, и подсказывало, откуда у неё силы на все эти акробатические трюки.

— Герата совсем распустилась, — прозвучал нежный девичий голосок у меня за спиной, — скоро её чемпионши будут голыми на арену выходить.

— Безобразие, — согласился я, — надо подкинуть ей идею, как щиток на заднице закрепить. Была в моём мире для этого специальная пробка. Хоть какая-то защита будет, например, сможет стрелы отбивать.

— Пробка? — в голосе прозвучало недоумение. — А что там можно заткнуть? Там же… Ты!!! Развратник! Мало того что на голые сиськи нагло пялишься, так ещё и такую пошлость придумал!

— Я пошутил, — повернувшись, я успел перехватить занесённую над головой тонкую руку и, поцеловав кулак, осторожно опустил её вниз, — ты же знаешь, я люблю только тебя, Эмелин.

— Хм! — невероятно красивая блондинка, одетая в лёгкое белое платье, гневно выдернула кисть из моего хвата и отвернулась так резко, что тяжёлая коса цвета спелой пшеницы стеганула меня по плечу.

— Кому нужна твоя любовь! Я богиня, а ты мой Чемпион! Ты обязан меня любить и поклоняться!

— Да, да, как скажешь, моя богиня, — я, как мог, замаскировал насмешку в голосе.

— То-то же! — смилостивилась Эмелин и добавила тоном капризной принцессы: — Не знаю, почему я тебя всё ещё терплю.

— Потому что я хороший, а ты милостивая! — улыбнулся во все тридцать два я.