Я стану Императором. Книга VII

Самое главное, к нему вернулось сознание, и включилась регенерация организма. Организмы у Одарённых были мощными, поэтому насильно скормив ему пару пищевых пайков, мы усадили его в одно из кресел, где гордый самурай приходил в себя, кидая на нас слегка виноватый взгляд.

К управлению пультом Энгельса «не допускали». Его прикосновения не имели никакой силы, поэтому всё выглядело так — он некоторое время изучал надписи, затем просил меня прикоснуться к той или иной кнопке, каждый раз с разными результатами.

Самые неприятные из них были удары током. То ли предупреждения, что не стоит это касаться, то ли неисправность самой системы.

Самое плохое, что не было никакого визуала. Экранов мы так и не увидели. После кое-каких моих манипуляций раздавалась информация непосредственно у меня в мозге, но понимал я из них не больше половины. Что-то смог донести словами Энгельсу, что-то нет. И это было плохо. Разговор напоминал слепого с глухим. Проф ощутимо злился. Задумчиво жуя энергетический батончик, он продолжал терпеливо изучать надписи и закономерности.

Похоже, нам сильно повезло, что он был с нами. Его гениальный мозг работал с потрясающей скоростью и эффективностью. Как он мне сказал, что он никогда в жизни не видел такого упорядоченного набора символов. Ему нужно ещё несколько часов и он, наконец, разберётся с языком Серых. Он посмотрел на меня возбуждённо и сказал:

— Представляешь, какое это открытие? Люди тысячелетиями пытались понять послания Серых. А именно я сделаю это.

Я улыбнулся.

— Но осталось каким-то образом донести это знание до твоих коллег.

Энгельс сначала нахмурился, а потом улыбнулся.

— Я не ищу популярности. Но вот если смогу быть полезным — это меня полностью удовлетворит.

— Вы не поверите, проф, насколько это удовлетворит меня.

Я нажал очередную кнопку по его приказу. Меня снова долбануло током и я с шипением отдёрнул руку.

— Бьётся!

— Да я вижу, — улыбнулся профессор, и снова завис над терминалом.

Райли и Хрум от нечего делать пошли исследовать лабиринт рукотворных пещер.

Я категорически запретил им разделяться и не удаляться дальше, чем действие рации. Сквозь скальный массив сигнал пробивался плохо. Ну, вы поняли, что рации доспехов держат километра три-четыре.

В итоге всё выглядело так — я сидел, ждал указания профессора, попутно общался с моей разведывательной группой. Большинство пещер было именно портальными. Но вот лабиринт всё-таки оказался не бесконечным.