Кодекс Инквизитора. Книга I

Горящие багрянцем зрачки внимательно вытаращились на меня. Внезапно сильная рука вцепилась в горло.

Захрипев, рубанула кистью по высушенному предплечью агрессора.

Вот тебе, Алиса, плата за спасение!

Вскочив на ноги, упёрла остриё вакидзаси под подбородок потенциального трупа. Одно движение — и смерть, а следом фекальная яма, бонусом! Ишь, чего удумал!

Дед, осознав, что находится на земле, примирительно поднял руки. Губы зашевелились, но я ничего не расслышала, несмотря на хороший слух. Наклоняться ближе не спешила — вон какие зубы острые, ещё в кадык вцепится, взгляд безумный, пена собралась в уголках губ.

Убить не убьёт, а бешенством заразит.

Воды у меня не было. В хранилище Скорпа тоже не нашлось ничего полезного. Нашарила в кармане униформы накопитель маны. Чем чёрт не шутит? Вложив камень в ладонь, приготовилась ждать. Старик, благодарно кивнув, взял и проглотил презент, чем поверг меня в замешательство. Глотать-то на кой ляд, напрямую никак?

Не успела развить мысль, что мой магический источник может в корне отличаться от обычных, потребляющих ману, как увидела, что глаза дедули налились светом.

Похоже, конфетка пришлась по вкусу. Не скупясь, вручила остальные. Я-то найду чем подкрепиться, а вот балласт в виде сухого полена мне даром не нужен. Пора выбираться из подземелья. Пособила чем могла. Кто этот странный человек? За какие грехи был заперт в зловонной камере? Как выжил в скотских условиях? Узнать была не против, но время поджимало.

Развернулась, но не успела и шагу ступить, как старикан меня окликнул вполне бодрым голосом.

Непомерно тяжёлая дверь с лязгом затворилась перед носом, а по окаёмке пошёл сварной шов.

Писец! Замуровали!

Обернувшись к старцу, эффектно крутанула запястьем. Меч в руке будто ожил, в ожидании горячей крови.

— Открывай ворота, пень трухлявый, а то полетят клочки по закоулочкам! — смерив бывшего узника гневливым взглядом, шагнула вперёд, собираясь воплотить угрозу в жизнь, но голос старика меня остановил:

— Не ярись, милочка! Что хочешь за спасение? Отплачу по-царски, в накладе не останешься!

— Дверь открой, и в расчёте, — сухо бросила ему.

Тоже мне, миллионер казематный. Жизнь висит на нитке, а думает о прибытке. «Озолочу по-царски!» — передразнила мысленно.

Старец усмехнулся, будто прочитав мысли.

— Как твоё имя, дитя? Ты хоть представляешь, кого спасла? — Дед, покачиваясь, встал на ноги. — Зовут меня Распутин Григорий Ефимович. Это имя что-нибудь говорит тебе?

— Многое говорит.