Кодекс Инквизитора. Книга I

А где ж эдакие деньжищи взять? Мы не бедствуем, матушка, всё благодаря вам! Но двести червонцев! Деньга неподъёмная! А тут братья Филипповы пронюхали про наше горюшко и сватов заслали! Я бы им гарбуза вынесла, да ещё и коромыслом по хребтам добавила, но выкуп за невест посулили, аккурат по сто червонцев. — Баба-танк по-бабьи всхлипнула и разрыдалась в голос.

Ох уж мне эти слёзы! Вот не люблю сырость в доме. Извлекла из хранилища приснопамятный саквояж. Вытащив папку с личным делом, бросила баул под ноги няньке.

Как пришло, так и ушло. Тётка всё-таки кормилица моя. Я, будучи пупсиком, сосала её монструозное вымя. Настало время платить по счетам. Пусть не по своим, но я ныне Ольга Фёдоровна Нагая. Официальная глава Рода Нагих. Взглянув на чёрный, как смоль, родовой перстень, подмигнула бриллиантовому пауку. Паук, шевельнув лапками, плотнее обхватил указательный палец.

Возгласы радости. Размазанные по щекам сопли. Треск паркета. Баба-конь так выражала благодарность, круша головой бесценные наборные дощечки.

Поначалу мне это нравилось — ощущала себя меценатским меценатом, но вскоре с души воротить стало. Выдворив челядь вон, с удовольствием откинулась на мягкой кровати. Мир и покой, ну наконец-то!

Осмотрела голые ноги — ни царапинки. Безупречная кожа. Ни прыщика, ни родинки. Если они и были у княжны, то моя регенерация устранила дефекты. Взглянула на ногти. Антрацитово-чёрные. Острые, словно бритвы. Идеально гармонируют с украшением на пальце. Древние ведьмы признали меня. Пришлось умереть, но что не сделаешь ради рода, особенно в том случае, когда от тебя ничегошеньки не зависит.

Что там писано в кодексе?.. «Возглавить ветвь может только сильнейшая из рода»? Очень сомневаюсь, что истинная Ольга прошла бы путь боли. Жёсткие правила, однако.

Каким умением наделила меня сотню раз прабабка, я так и не поняла. В ауре изменений не наблюдала. Источник мирно пыхтел под сердцем, вырабатывая килотонны энергии. Душа сверкала, заигрывая с симбионтом. Всё чинно-благородно. Уверена: дар проявит себя рано или поздно.

Но лучше рано. Мне чужой мир покорять, а это вам не молиться на золотую свинью. Всякое подспорье лишним не будет.

На лицо упала тень. Посмотрела вверх. С люстры на тонкой паутине спускался упитанный паук величиной с кулак. Это что, знак? На лоб шлёпнулась склизкая медуза. К сожалению, нет.

«Скорп, жив?»

«Не дождёшься, рыжая! Сердечно поздравляю! Ты лох! Слить сто тысяч имперцев? До этого даже наша добродейка не додумалась.