Московский Рубикон

Годы, проведённые в пансионате, ничем особым Антону не запомнились. Парнишка рос очень крепким, атлетичным и ничем не болел, даже простудой, что весьма удивляло врачей пансионата. И это ещё они не знали, что мелкие порезы и ранки у Антона заживали с аномальной скоростью. Ещё Антон вскоре начал понимать, что, несмотря на чрезвычайно крепкое сложение, сила его всё же была чрезмерной. Он мог поднимать такие тяжести, которые большинству людей были просто не по силам. Легко гнул различные железяки. Это его немного пугало, и он тщательно скрывал свои способности от окружающих.

Ещё, иногда ему чудилось, что он видит в воздухе какие-то цветные узоры, движения, похожие на ток горячих потоков воздуха, чувствует какие-то странные запахи и звуки. Иногда ему казалось, что само пространство начинало подрагивать и колебаться. Он слышал низкие и высокие звуки, которые остальные люди не слышали и видел в темноте.

Странно было всё это. Но прослыть психом ему не хотелось, поэтому своими тайнами он ни с кем не делился.

За все годы нахождения в пансионате от родственничков не было ни одной весточки. Их как будто не существовало. Антон даже не представлял из какого он рода, клана и Дома. Каков его общественный статус. Его пугало будущее и неизвестность после окончания срока пребывания в пансионате.

День шестнадцатилетия стремительно приближался, и Антон всё больше нервничал, о том, что его ждало после пансионата. Оказалось, что беспокоился о своём будущем он совершенно напрасно. Потому что никакого будущего у него не предполагалось.

Неизвестные родственнички обо всём позаботились.

Неизвестно кто и как подсунул юноше сильнейший яд, но Антон внезапно почувствовал сильное недомогание и, несмотря на все усилия врачей, умер. Потом врачи отразили этот момент в истории болезни, как состояние клинической смерти. Потому что совершенно неожиданно для всех окружающих, он вдруг сразу воскрес. По крайней мере, так это выглядело для всех вокруг. Вот только это был уже совсем не Антон.

* * *

Такие вот довольно мерзкие существа эти людишки.

По крайней мере, некоторые из них. То ли дело мы демоны. Мы не такие, как они. Мы ещё хуже. По крайней мере, так я полагал, очнувшись в теле шестнадцатилетнего подростка в больничной палате.

Очнулся, почти полностью утратив свою память и магические способности. Как потом выяснилось, со способностями всё было несколько сложнее. Просто в этом мире магии не было как таковой. По крайней мере, в основной части мира Земли.