Виктор. Ментальный маг

В ней позёвывали три заспанных студента со всклоченными волосами. Ещё парочка должна была вскоре подойти, поскольку общий душ предназначался для двенадцати постояльцев. Именно столько людей проживало в нашем блоке. И все они являлись простолюдинами, так как студентов предпочитали селить по простому принципу: благородных отдельно, простолюдинов отдельно. Иначе бы аристократы по полчаса мыли свои жопы, а простые люди покорно бы ждали в коридоре. А так — благородные вынуждены были пользовать душами в своей части этажа, а простолюдины — в своей.

Подобное разделение практически сводило на нет все конфликты. Но они всё же возникали. Вот, например, как сейчас…

Из душа выскочил паренёк с мокро поблескивающими волосами и настала моя очередь идти. Я обрадованно открыл дверь и хотел войти. Но не тут-то было.

Кто-то прямо на пороге грубо схватил меня сзади за плечо и прорычал нарочито хриплым и низким голосом:

— Куда прёшь! Сейчас моя очередь!

Я резко обернулся и увидел широкоплечего здоровяка в серой майке.

На вид ему было лет двадцать, но по факту — явно меньше, иначе он бы не учился на первом курсе.

Парень усиленно хмурил лоб, выпячивал нижнюю челюсть и напрягал здоровенные мышцы, чтобы казаться ещё больше и страшнее. Хотя он и так выглядел совсем не мальчиком для битья. Толстые вены, опутывали накаченные руки, а на бычьей шее билась жилка. При этом маленькие колючие глазки парня смотрели с квадратной, рябой рожи, а тёмные волосы бобриком торчали вверх, словно иглы рассерженного дикобраза.

Толстые губы парня изогнулись, и он зло выплюнул:

— Чего уставился?! Пошёл прочь, задохлик! Иди в конец очереди! Там тебе самое место.

Я тяжело вздохнул и покосился на студентов. Они замерли возле стеночки в коридоре. И кто-то из них глядел на здоровяка без страха. А кто-то украдкой, явно побаиваясь этого урода, решившего показать, кто тут папа.

Васька же усиленно хмурил брови, словно что-то торопливо обмозговывал.

Но в разгорающуюся ссору он встревать точно не собирался. Наоборот — крепыш непроизвольно подбросил говна на вентилятор.

Он тихонько прошептал черноволосому парню с ястребиным носом:

— Ставлю сто крон на худого.

— Идёт, — через секундную паузу ответил тот, пожал широкую ладонь Васьки и приподнято добавил: — Это будут мои самые лёгкие сто крон в жизни.

Рябой здоровяк услышал его слова и криво усмехнулся.