Перекресток миров. Первые шаги Синигами

Филактерий у нее был, как и у многих личей, в голове, и теперь проклятье вместе с моей кровью черного цвета, лившейся из правой руки, подбиралось к нему. Еда оказалась отравленной для лича, и королева сейчас боялась умереть, ведь для тех, кто уже забыл о смерти, для них жизнь становится намного ценнее, чем для простых смертных.

— Ш-ш-ш-а! — взвыла от отчаяния и неожиданности мертвая королева и отбросила меня от себя, но было уже поздно для нее: ее кости уже были заражены.

Кувыркаясь, я отлетел от лича метров на шесть, собранные моим телом камни помогли мне получить еще сил, так как я почувствовал боль в ногах.

А мертвая королева словно забыла обо мне, она схватила своей костлявой рукой камень с земли и начала разбивать свой висок, стараясь побыстрее добраться до своего филактерия.

Вот он, мой шанс, я достал два кинжала с пояса и на негнущихся ногах кинулся на лича неизвестного мне уровня. Не было в моей голове мыслей о том, что я умру, так как знал, что и так или я, или она.

У меня есть шанс, пусть мне десять лет, пусть наши силы не равны, но я по крайней мере попытаюсь, а там будь что будет. И никто не посмеет мне сказать, что я не старался изо всех сил, и если я пойду в свой последний путь рука об руку со смертью, то я пойду с ней на равных, а не замерзая в сугробе.

— Гра! — взревел я, прыгнув на королеву, что уже разбила свою голову. Из оскверненного тьмой, словно язвами, черепа она доставала свинцовый брусок, край которого уже был в моей черной крови и по нему уже шли черные линии проклятья.

Один кинжал, выбивая искры, вырвал из руки мертвой королевы филактерий. Второй кинжал я воткнул ей в шею, с хрустом вгоняя его между шейными позвонками, и, отпуская ручку кинжала, надеялся, что он хоть ненамного, но замедлит лича.

— Ш-ш-ш! — раздалось злобное шипение лича, одновременно со звяканьем металлического бруска, падающего на камни.

Все надо было сделать быстро и без ошибок, на моем поясе еще не разбились склянки, но не о лечащем эликсире я подумал, не от боли эликсир мне был нужен, я схватил черный бутылек, что дарит мгновенную смерть.

За мной летела мертвая королева, мне не надо было оглядываться, чтобы это знать: я чувствовал ее, как и ее душу, которая сейчас сжалась от страха, предчувствуя, что вот-вот встретится с той, что не будет так мила с ней, как со мной.