Перекресток миров. Первые шаги Синигами

Смертельная гонка продолжалась еще около пяти минут, и когда я попал в тень, которую отбрасывала скала из серого камня, то сбросил свои вещи и обнажил свой единственный кинжал, пытаясь войти в тень, сожалея о том, что тьма не хочет принимать меня, когда вокруг так светло. Я готовился продать свою жизнь подороже и забрать как можно больше жизней тех, кто за мной гнались.

Но не спешили охотники ко мне, а бархан, на котором стоял старик с посохом все уменьшался, по мере приближения ко мне. Те ученики, что гнались за мной, так и остались позади скалы.

А встреченный мной ночью Кхарг неспешно сошел с бархана и вошел в тень от скалы, в которой я собирался принять свой последний бой.

— Хье карадуто сьято! — прокричал мне старик, не дойдя до меня около десяти метров. — Ха-ха-ха, смесок, ты порадовал старика Кхала из клана Барду.

Старик бросил на песок мой кинжал и, указав на вещи, которые я скинул с себя, заговорил вновь:

— Воду и еду ты заработал, а оружием не раскидывайся! — Кхал махнул за спину, указывая куда-то вдаль.

— Город там, в пяти днях пути, будь осторожней, ты ценный товар, но ты помог мне проучить слишком горячие умы.

Я смотрел, как старик, не дожидаясь моего ответа, неспешно пошел к бархану, с которого он сошел.

— Благодарю за жизнь, — тихо проговорил я, не думая, что мои слова долетят до старика, но тот сразу же замер и взглянул на меня.

— А я думал уже, что ты немой, не скажешь из какого ты рода? Кто меня так повеселил? — со змеиной улыбкой проговорил старик, и, смотря на нее, я еще крепче сжал рукоятку своего кинжала.

— Я из клана Синигами, — тихо проговорил я, а лицо старика изменилось, и я почувствовал его злость, но она моментально ушла с его лица.

— Если это не так, никогда никому так не лги, а если это правда, то я сейчас это проверю, — старик задумчиво оперся на посох и на несколько минут замолчал, словно уснул, только я видел с помощью прозрения, как перед стариком возникает огромная книга, сотканная из энергии.

— Нашел! Есть такой клан, ты сын Миуюки Синигами и Альрика Бёрна, ха-ха-ха!

Старик содрогался от истерического хохота, оглашая пески своим смехом около минуты, и когда успокоился, то взглянул на меня серьезно.

— В лагере моего клана нет и никогда не будет места для Синигами, а своей покровительнице скажи: я знаю, что задержался в этом мире и уйду в пустыни, как только закончу дела клана.