Перекресток миров. Первые шаги Синигами

Я, наверное, убью на первом уроке профессора и нескольких учеников и не хочу, чтобы вы это видели, — проговорила нам напоследок Миуюки, перед тем как отправиться на свой первый урок, оставив меня с Астрид в шоке от того факта, что всегда добрая мама не всегда бывает такой.

Отец довольно быстро поставил на место свою шестерку учеников, которые будут в его подчинении. Ну как на место: теперь все шесть воинов в госпитале, где их будут лечить, а они просто недостаточно ровно стояли в строю. Да и пахло от них выпивкой, а на вопрос, почему они выпивали, когда сегодня у них не выходной, они немного неправильно подали голос, ну и мой вечно улыбающийся папа проверил их боевые навыки.

Мне с Астрид было их немного жаль, ведь отец не сдерживался. И мы уже думали возвращаться домой и начать осматривать кузню, так как отцу некого обучать, как услышали мольбы о спасении.

— Спасите! Убивают! — доносился из приоткрытого окна академии голос ранее виденного профессора Драля.

— А теперь я вам продемонстрирую, как работает очень полезное заклинание безмолвия, — донесся из окна спокойный, громкий голос Миуюки.

— И я крайне недовольна тем, что труп еще жив, больше так не делайте, не стоит меня злить, и закройте окно: не стоит пугать неокрепшие умы случайных прохожих.

Когда окно было закрыто и до нас перестали доноситься голоса из академии, Астрид посмотрела на папу большими глазами и спросила:

— Она и вправду убьет его? — голос сестренки дрожал от той бури противоречивых чувств, что бушевала в ней.

А папа не спешил отвечать и ненадолго задумался.

— Ну не в первый же день! — воскликнул он, рассмеявшись. — Не беспокойтесь, она просто продемонстрирует начальные заклинания как ученикам, так и преподавателям, а профессора заставит написать доклад о том, что испытывает человек от примененного на нем заклинания.

— Слава богам, — выдохнула сестренка.

— А вот этого не надо! — немного испуганно проговорил Альрик. — Не ровен час, она решит дать профессору пробежаться по загробным мирам и познакомиться с местными обитателями!

А я смотрел на эту парочку и ничего не говорил по простой причине: зачарованно смотрел на окутывающее их сияние.

Астрид утопала в оранжево-огненном свете, который исходил от нее. А вот отца окутывало какое-то темновато-зеленое пульсирующее сияние, что иногда становилось то полностью черным, то бледнело и словно выпускало свои щупальца, вновь наливаясь яркими сполохами черного и зеленого цвета.