Дела барона Орловца

Выйдя из зала, Марфа Васильевна задумалась и попробовала вызвать домового, но тот не отвечал. Это означало, что домовой или уничтожен или как-то инактивирован. Князь, выслушав ее сбивчивый доклад, распорядился аккуратно оттеснить почему-то бегающего от сыщиков цесаревича в другой зал или коридор и там проверить, не сообщая пока Императору. Сыщики посмотрели вслед уходящему начальству и отправились в сторону дамской комнаты — легенду нужно поддерживать.

Минут через десять, согласно изложенному князем плану, они вернулись назад и медленно пошли по залу, выполняя роль центральных загонщиков.

Еще пара магов прикрывала фланги. Остальные готовили ловушку впереди и обеспечивали общий контроль. В центре зала Марфа Васильевна заметила беседующего с кем-то цесаревича. Вскоре и он замети их с бароном приближение, завершил беседу и двинулся в противоположную сторону. Похоже, что это существо не догадывалось о том, что раскрыто. К счастью, цесаревич без эксцессов вышел из Большого зала, что в значительной степени развязывало сыщикам руки. Загонщики вышли вслед на ним и начали помаленьку сближаться. В этот момент цесаревич не то почувствовал засаду впереди, не то догадался о роди загонщиков, но в какой-то момент он молниеносно приблизился нагонявшей его парочке и ударил невесть откуда появившимся клинком Марфу Васильевну в грудь. Скорость движения была столь велика, что барон ничего не успел сделать.

Впрочем, совершить убийство, а, скорее, жертвоприношение цесаревичу не удалось. Надетое на практикантке платье наглядно показало, за что с барона содрали мешок золота.

Так и не проколов ткань, клинок мгновенно раскалился и выпал из руки атакующего, а вот сам цесаревич, получив ответный магический удар, вдруг потерял четкость и стал дымчатым. Тут уже барон не мешкал и начал плести блокирующий кокон, а через секунду к нему присоединились коллеги. Вскоре в непреодолимом коконе бился об стенки мелкий бес и лежала кучка одежды цесаревича. Самого цесаревича там не наблюдалось.

Это означало, что настоящий цесаревич лежит где-то неподалеку с амулетом переноса телесности.

Редкостная пакость, разработанная не так давно одной из европейских спецслужб. Этот амулет, в отличие от одержимости, передавал тело человека изначально бестелесному существу духу, приведению, бесу и т. д. Процесс передачи занимал от шести часов до суток, происходил быстрее при максимально близком расположении жертвы и получателя тела, но мог осуществляться и на расстоянии до полутора-двух верст.