Плут

эм, мычащему теперь вот юноше, пока двое других сноровисто стянули руки за спиной бьющейся, словно птичка в клетке, жертве.

Ну да, со мной в купе летит переодетая девка. Трудно было не понять. Я ж, всё-таки, не находящийся в плену условностей сюжета какой-нибудь там персонаж аниме, где и впрямь могут нарисовать всё что угодно, обозвав это вот безобразие парнем. Те ещё извраты эти японцы. Тут-то всё прекрасно видно, и этот вот златокудрый синеокий тощий типа мальчонка лет шестнадцати — ну типичная девица.

Что бы она там на себя ни напялила, и как бы голосом ни игралась. Только смешнее становится.

Забавно, к слову, было наблюдать, как она мялась, когда её подселили ко мне. И особенно, как вечером спать укладывалась. В конце-концов полезла на свою верхнюю полку прямо в одежде. Ага, обдав меня ароматом сирени. Смешная, что аж милая в своей нелепости. Ну а чё, я ж вредный. Мало того что не стал входить в положение стесняши и не покинул каюту, проявив такт, дабы лапочка переоделась, так ещё и усугубил.

Нагло развалившись в одних труселях на своей нижней полке, принялся похабные анекдоты травить и постоянно лез панибратствовать к своему новому дружбану. Который... которая, между прочим, видимо переоценив свой актерский талант, а может и для соблюдения легенды при путешествии инкогнито, сама набивалась поначалу в друзья. Не я это начал, короче. Вот потом и расхлёбывала последствия своей инициативы, ну и моей природной вредности.

Говорил же, я не очень хороший человек.

Вот, и эта упрямая девица, определенно домашняя и явно из хорошей семьи, чтоб ни в коем случае не выдать себя, лишь мужественно бледнела и краснела от моих шутеек на грани, ещё и на столь щекотливые темы. Особенно забавно было, когда я со всей дури хлопал её по плечу, хохоча как конь, а то и лез по-братски обниматься. Бедняжку аж жалко стало, и я решил завязывать, да и спать уже хотелось.

Но поутру, с новыми силами, так сказать, я продолжил забавляться. Какой цирк, например, был, когда за завтраком, чтобы типа побороть природную застенчивость и приступы покраснения своего «дружбана», я принялся при ней во всех подробностях обсуждать достоинства присутствующих дам. Дабы вроде как выяснить: какая ж из прелестниц «в его вкусе», ну и типа помочь подкатить к той самой.