Наследник. Обретение дара

- Это шутка такая? Как она могла выжить?

- Твой мальчик ошибся. Он вызвал на дуэль не того человека, - усмехнулась девушка, делая глоток вина.

- Какого человека? - удивленно спросил мужчина, усаживаясь в соседнее кресло.

- Сергея Оболенского, - с отвращением прошептала хозяйка дома.

- Нет, ты точно издеваешься! - недовольно воскликнул мужчина. - У Оболенских нет детей этого возраста.

- Я была там и видела своими глазами, кого вызвал твой мальчик. И никто вокруг не усомнился, что это не Оболенский.

Столько людей не могут ошибаться.

- Да быть не может... - обескураженно повторял мужчина.

- Фёдор, ты меня раздражаешь. Мало того, что ты не дал парню нормальную цель, он как идиот метался между детьми аристократов и спрашивал, где найти Оболенского. Так он еще и додумался представиться сыном Алексея... Ты хоть можешь представить, какое возмущение было, когда этот идиот назвал себя, а ему в лицо тыкали, что он лжец. Ведь все знают, что они погибли.

- Идиот... Значит, достанем ее по дороге в академию, - решительно произнес мужчина, ударив по подлокотнику.

- Кочубей переселил ее в академию. Охрана академии увеличилась. На сто человек. Половина из них - люди его канцелярии, половина - обычные солдаты, нанятые через министерство. То есть, люди вполне серьезные и отвечают головой за безопасность этой шарашки.

- Хорошо, я тебя услышал. Придется Евгению вернуться домой. Хватит прохлаждаться в Лондоне, - поднялся мужчина с кресла.

***

Девушка, в итоге, осталась жить у меня.

К моему удивлению, свободных комнат и уж тем более домов на территории академии не оказалось.

Поэтому Кирилл Борисович, с наглой усмешкой, заявил, что раз мы родственники, то и жить будем вместе.

И это было испытанием, похлеще дуэли.

Дело было не в наших с ней отношениях. Наоборот, после той дуэли она стала очень дружелюбной ко мне.

Проблема была в том, что она, будучи девушкой, дома носила довольно короткие шорты, если это вообще можно было назвать шортами.

Мои трусы были длиннее, чем эти шорты, и не менее короткую футболку. А о случаях, когда я натыкался на нее в коридоре, когда она выходила из душа в одном полотенце, я даже не буду говорить.

И это начинало давить на меня. Наблюдая ежедневно такую красоту рядом, с каждым днем мне становилось все тяжелее.

Через неделю такой жизни я заявил Максу, что хочу выбраться в Питер, в какой-нибудь клуб. И ему, как местному жителю, предстояло найти этот клуб.