Наследник. Обретение дара

Когда я подошёл ближе, то с интересом посмотрел на этого родного и в то же время незнакомого человека. У него были такие же закрученные усы, но в глазах светились радость и искра.

- А слева от вас не Оболенский? - спросил я, заметив знакомое лицо. У него, конечно, не было усов, только бакенбарды. И он совсем не изменился - такой же хмурый и властный взгляд.

- Володя, да. Ректор академии, - гордо произнёс Мстислав Никитич. - Ротмистром у нас был. А вот Федя Фонвизин, подполковник только получил. Напились мы тогда.

Питер на ушах стоял, - рассмеялся старик.

Когда я посмотрел на названного мужчину, то поёжился. Власть и сила. О таких людях говорят, что они могут взглядом убить.

- Удивительно, - покачал я головой. - Вот бы никогда не подумал, что они в гусарах служили.

- В то время все старшие наследники служили в гусарах. И в этом не было ничего зазорного. Послужи родине, и потом родина будет служить тебе. Так нас воспитывал Николай третий. Земля ему пухом. Сейчас страшно отдавать сына в армию.

.. не дай бог, шапка с головы упадёт, кто её поднимет ему? Барину же не положено... тьфу ты, окаянные. Ну ладно, пойдём. Сполоснёшься, а то я отсюда вижу слой грязи на твоей шее. Нельзя гусару грязную шею иметь!

Мы вышли на улицу, где мне дали щётку и коричневое мыло. Скинув железное ведро в колодец, я услышал всплеск воды. Дед, взявшись за ручку, начал её крутить, поднимая ведро из колодца.

- Вставай давай, на поддон, рубашку скидывай и наклоняйся. Пока я кручу, успевай намылиться.

Отойдя на метр и встав на поддон, который располагался сверху бетонной канавы, я скинул рубашку и принялся намыливать щётку.

- А-а-а-а-а! - заорал я, когда меня окатили ледяной водой с ног до головы.

- Терпи, гусар! Генералом будешь! - рассмеялся дед, скидывая ведро в колодец. - Мыль ещё раз!

Скрипя зубами от холода, я послушался старика. Натерев шею и приготовившись к очередному душу, я вдруг понял, что мои надежды не оправдались. Старик подошёл вплотную и стал нормально поливать меня из ведра.

- Ну вот, а ты боялся, - хмыкнул старик, когда я, дрожа от холода, распрямился. - Лучше же ста...

Мстислав запнулся, бросив взгляд на мою татуировку на плече. Окинув меня взглядом, он зацепился взглядом за бляху ремня. Отчего его глаза сузились до едва видимой щели. Дёрнув меня за руку, он повернул меня плечом к себе и склонившись, провёл свободной руке по татуировке, получив синеватое свечение.

- Этого быть не может! - сказал он.