Чёрный лис. Том 2

Пришлось повозиться: дородный дядька едва умещался на тесном водительском сиденье.

Мы с Фудзи, как послушные дети, устроились сзади.

Минут через тридцать вновь были в окрестностях Осаки - въезжали в широко распахнутые ворота рыбзавода...

- Сверху могут наблюдать с дронов, - предупредил Колян, когда Фудзи уже взялся за ручку двери. - Заедем в гараж.

...Сначала я долго отмокал в ванне. Тело постепенно расслаблялось, мышцы переставали болезненно ныть, а из груди уходило муторное горькое чувство, что я проиграл.

Ничего. Всё ещё впереди: Тикю оказался крепким орешком.

Если так пойдёт и дальше - Шиве просто не удастся раскачать лодку. Или ему придётся действовать тоньше. Проникнуть в кулуары власти, попытаться разрушить систему изнутри... Эта мысль мне не понравилась.

Надо будет расспросить народ, как у них насчёт коррупции... Скорее всего, об этом осведомлён Соболев. И Хякурэн.

При мысли о девушке в груди что-то заныло.

Тебе ничего не светит, Чёрный Лис, - это была не интуиция. Просто мысль, подсказанная здравым смыслом.

Я поймал себя на том, что уже планирую свою жизнь в этом мире. Думаю о девушке, предвкушаю взросление...

Сев в горячей воде, я намылил лицо так сильно, что защипало в глазах. Думать такими категориями - для посланника недопустимо. Нельзя привязываться к миру. Нельзя заводить прочные связи, обрастать друзьями и близкими. Это связывает руки. Заставляет ставить личное выше общественного.

Корпус этого не допустит. И может наказать очень жестоко: лишить статуса чрезвычайного посланника, перевести на канцелярскую работу. Нарушение Устава чревато тем, что можно навсегда застрять на Ёшики в синт-оболочке, без права выхода в живое тело.

Включив душ, я смыл мыло и потянулся за махровой простынёй. Вылез из ванны, ступил на резиновый коврик и принялся вытираться.

Взгляд случайно зацепил движение, я инстинктивно напрягся, но тут же понял, что это всего лишь зеркало.

Повинуясь импульсу, я подошел ближе, вытер влагу кончиком простыни и уставился на своё отражение.

Поднял руки, развёл в стороны. Повертел головой, разглядывая лицо с разных углов. Осмотрел грудь, живот, ноги... Мне кажется, или за время, что я пребываю в этой оболочке, она несколько окрепла? Мышцы стали рельефными, не напоминая больше тонкие резиночки.